Забытые орхидеи Монмартра

«Значит, она смотрела на меня, как и я на неё! Кто она такая? Может я встречал её где-то раньше? Она знает меня? И Агата не пришла вчера » – вопросы роем назойливых мух вмиг закружились в потяжелевшей голове. Не находя ответа, они роем вылетали из ушей, прерываемые шумом посетителей в зале.

– Вам принести что-нибудь выпить? Вам плохо? Может, холодной воды подать? – верещал голос официанта.

– Нет, нет, спасибо, уже прошло, – вспоминая, что второй день он не ел ничего, отказался Макс.

– Чем могу быть полезен? – спросил официант, протирая тряпкой соседний столик.

– Немного горячего шоколада и круассан, будьте добры, – и добавил, подумав: – А скажите, любезный, вчера здесь сидела девушка, где-то между десятью и одиннадцатью часами утра, она здесь часто бывает?

– Неужели вы думаете, что возможно запомнить каждого кто заходит сюда, даже если вы официант? – пожимая плечами, ответил он. – Вот вас я первый раз вижу у нас.

– Да, да, конечно, извините.

Кстати, я вчера был у вас, – с ноткой сарказма сказал Макс.

– Значит, не заметил, – с сожалением пожимая плечами, ответил официант.

– Вы не расстраивайтесь, вчера здесь работала девушка.

«И всё-таки всё это странно», – подумал Макс, смотря на официанта, который теперь уже что-то говорил шефу вполголоса, а тот смотрел на него, покачивая головой в знак согласия.

Макс был пятым ребёнком в многодетной семье железнодорожника. Отец Бернар Нест неделями не бывал дома, мать еле справлялась по дому – стирала, кормила, поила, еле успевая следить за детьми, поэтому его детство прошло в полной свободе.

Горы, реки, лес, ручьи и овраги порой были его домом и единственной забавой. Он проводил почти всё своё свободное время на природе. Рос смуглым деревенским крепышом с карими глазами, этакий бурдюк с красным, как кровь, вином, готовый в любой момент взорваться на самые отчаянные мальчишеские проказы.

Однажды во время одной из таких прогулок на опушке леса около ручья он случайно наткнулся на художника, который рисовал ручей, заросший камышом, и лежащую на траве обнажённую девушку, за которой подглядывал молодой мушкетёр из-за кустов сирени.

– Нравится? – не оборачиваясь, спросил художник.

– Да, очень.

– А что тебе нравится?

– Речка как настоящая.

– Да, – протянул художник, – а девушка тебе не нравится?

– Нет, – уверенно сказал Макс.