Иллюзии

Накрыв кастрюли с готовыми голубцами и перцем полотенцами, она сунула в духовку рулеты из курицы с грибами и маринованной морковью. Теперь можно было передохнуть и выпить чаю. Марк опаздывал, давно нужно было развести огонь для появления углей, чтобы сразу по приходе первых гостей, выложить шампура на мангал. Сания как могла привела в порядок лицо, надела любимое, синее, шёлковое платье в мелкий чёрный горошек, повязала поверх него красивый фартук.

– Извини, что так задержался, много работы. Я мигом сейчас все сделаю, – виновато произнёс Марк, наконец-то появившись дома.

Сания не могла смотреть ему в лицо, удивляясь тому, что не ему, а ей за него стыдно. Выслушав все его ахи насчёт её немоты, она отвернулась. От его попытки обнять, Сания шарахнулась в сторону, не хотелось, чтобы он даже дотрагивался до неё. Приняв её поведение за обиду из-за опоздания, Марк помчался во двор устанавливать столы. Времени на шашлык уже не оставалось.

Сания допила валериану из пузырька, заела жуткий запах сначала шоколадом, потом несколькими веточками кинзы и петрушки.

Марк, как угорелый носился по двору вместе с детьми. Они едва успели накрыть стол, как стали приходить гости.

Принимая поздравления, каждому вновь вошедшему человеку Марк коротко объяснял проблему жены. Немного поохав, гости усаживались за стол.

Сания вдруг поняла, что молчание сейчас для неё благо, вряд ли она смогла бы шутить и улыбаться, когда на душе так тягостно, болезнь давала ей возможность быть не слишком приветливой.

«Какой же ты настоящий? – подумала Сания с горечью. – Сейчас или тогда в домике с чужой женщиной».

Перед её глазами всплыла картинка, Марк в бассейне целует свою любовницу. Горло так сжали спазмы, что Сания закашлялась.

– Я хочу произнести тост за свою милую жену, – провозгласил Марк и попросил Санию подойти к нему.

Она нехотя приблизилась и встала рядом. Пока он говорил, Сания рассеянно смотрела на гостей, её взгляд наткнулся на лицо подруги Ирины. Та слушала Марка, не замечая, что Сания наблюдает за ней. Подруга глядела на её мужа с кривой улыбкой, с выражением презрения и скепсиса на лице.