Предсказание для адвоката

Она едва не грохнулась, споткнувшись о ступеньку, и про себя помянула черта.

Возле двери, ведущей в домик Кротовых, все остановились. Мария, белая как полотно, взялась за ручку, но тут же отдернула ладонь, будто ее пронзил электрический ток.

– Я боюсь, – прошептала она. – Я не смогу туда войти. Там полно крови.

– Пусть это сделает кто-нибудь из мужчин, – предложила Лара.

– Еще чего! – взвился на дыбы чиновник. – Я не такой дурак, чтобы идти на место преступления и оставлять там свои отпечатки пальцев.

Я предлагаю вызвать милицию.

– Вы что, боитесь? – поинтересовался врач.

– А почему и нет? – не отступил Петр Иванович. – Я занимаю ответственный пост и не могу себе позволить…

– Все ясно, – сказал Грек. – Можете оставаться снаружи. Так, кто со мной?

Наступила тишина, перемежаемая учащенным дыханием участников ночной пробежки. Все молчали, с надеждой глядя друг на друга. Энтузиастов среди них не нашлось.

– А что, в конце концов, случилось? – задала вопрос Елизавета и покраснела до ушей, представляя, как нелепо она выглядит в глазах окружающих.

– Милочка, а вам никто ничего не сказал? – удивилась Лара. – Константина Кротова убили. Он лежит сейчас там, в гостиной…

То, что телевизионному магнату уже помочь нельзя было ничем, поняла даже неискушенная Елизавета.

Тело лежало на паркетном полу головой к камину. Лицо трупа было обращено в сторону, и, к счастью, вошедшие видеть его не могли. Это было бы для них страшным испытанием.

Крови было много.

Она успела образовать целую лужицу под головой. Волосы были перепачканы и слиплись. Рядом валялась кочерга. Она была легко согнута. От нее к трупу тянулся багровый след…

Мария, прижавшись спиной к стене, скулила, как побитая собака. Она не спешила броситься на грудь любимому супругу, оплакивая его безвременную кончину. Мертвый, как и живой, он внушал ей ужас, который к настоящему моменту только усилился.

У порога топталась Лара, вытаращив испуганные глаза. Она зажала платочком рот, опасаясь, что ее вывернет наизнанку тут же, рядом с искореженным трупом.

За ее спиной маячил Петр Иванович. Человеческая природа оказалась сильнее чиновничьих предрассудков, и он с любопытством рассматривал ужасную картину с безопасного расстояния.

Хладнокровие сохранял только Павел Грек. Он обошел тело со всех сторон, не прикасаясь к нему. Зачем-то присел около него, потом встал.

– Странный запах, – заметил он, хмурясь. – Клянусь, он что-то мне напоминает.