Предсказание для адвоката

– Эмма говорила что-то про плетку, – вспомнила Лиза.

– Не удивлюсь, если окажется, что он слегка поколачивает свою безропотную Марию. Вид у нее и вправду забитый.

– Вот видишь! – торжествующе начала Дубровская и осеклась. Андрей мог бы истолковать ее слова неверно. – Значит, хоть в чем-то гадалка говорила правду.

Последнюю фразу она произнесла нерешительно. Но супруг словно ничего не заметил.

– Я не думаю, что в их отношениях все столь ужасно, – сказал он. – Не садист же он, в конце концов. Может, он и отпускает своей благоверной подзатыльники и зуботычины, но не пьет же он у нее кровь!

– И ты говоришь об этом как о самой обыденной вещи?! – возмутилась Лиза.

– Но я же не одобряю его, – отозвался Андрей.

– Кстати, там был еще хирург, – перешла к следующему персонажу Дубровская. У нее не было охоты рассуждать о домашнем насилии.

– Павел Грек? Нормальный мужик. Никакой он не злодей и не убийца, – убежденно произнес Андрей. – Немного слаб по женской части, но это не криминал.

– Судя по словам Эммы, и у него нечиста совесть, – ехидно заметила Лиза. – Если я правильно ее поняла, она намекала на какие-то его профессиональные грехи.

– Как это банально, – зевнул Андрей. – Врачей сейчас не обвиняет только ленивый.

– Значит, твой коллега мог нашалить по врачебной части?

– Почему и нет? – удивился муж. – Есть понятие профессионального риска. Если хирург сделал что-то не так, это еще не значит, что он – убийца.

– В каком-то смысле так оно и есть, – не унималась Лиза.

– Для того, чтобы назвать врача убийцей с точки зрения права, нужно доказать его преступный умысел. Так, что ли, госпожа адвокат?

Дубровская прикусила язык. Милый супруг был абсолютно прав. Вот только почему он успевает соображать куда быстрее ее?

– По-моему, мы никого не забыли, – продолжал он. – Если только тебя…

– Меня? – удивилась Лиза.

– Ну, конечно. Обрати внимание, наша гадалка никого не называла по именам, а все обвинения адресовала парам.

– И что?

– А то, что угадать было сложно, к кому она обращается. Так что намек на дурные сны мог быть обращен к тебе. Ничего не припоминаешь ужасного в своем прошлом?

Голос его звучал насмешливо.

– Вся моя жизнь – один сплошной кошмар, – в тон ему ответила Дубровская, но веселее ей почему-то не стало. Похоже, она зря потратила время, пытаясь найти скрытый смысл там, где его и быть не могло.