Двойные игры адвоката

Дубровская взирала на эту картину в немом оцепенении. Она что-то сказала, прежде чем поняла, что ее губы шевелятся, не произнося ни звука.

– Это мой кошелек, – произнесла она через силу. – Посмотрите, у меня даже сумка такая же.

Действительно, сегодня, вопреки обыкновению, Елизавета не взяла с собой портфель. Был чудесный весенний день, и ей хотелось после работы пройтись по магазинам. Именно поэтому она захватила с собой белую сумку в мелкий розовый горошек. В комплекте с ней шел злополучный кошелек, который сыщик только что выудил из своего кармана.

– Зачем вы положили свой кошелек в мой карман, Елизавета Германовна? – вопрошал следователь, не понимая, что задает идиотский вопрос.

– Зачем ей класть кошелек в ваш карман, любезный? – ответил ему за адвоката Ушаков. – Сдается мне, что этот предмет попал к вам в карман каким-то другим путем.

– Ничего не понимаю, – потер лоб ладонью следователь. Он не сомневался, что на его глазах произошла какая-то чудовищная мистификация.

Зато Дубровская покраснела как рак и во все глаза смотрела на сыщика.

Адвокат и следователь таращили друг на друга глаза. Соловьем заливался лишь Ушаков, проявляя при этом несвойственную ему словоохотливость.

– Надо же! Что бы произошло, не прояви я сейчас наблюдательность? Адвокат лишился бы своего заработка. Лизавета Германовна, проверьте, все ли купюры на месте?

Дубровская машинально открыла кошелек и пересчитала деньги.

– Может, мне за раскрытие преступления медаль какую дадут или грамоту? Вы уж походатайствуйте, гражданин начальник.

– Да-да, – ошалело бормотал сыщик, пока вдруг не пошел красными пятнами. – Ты хочешь сказать, что это я украл кошелек?

– Судите сами, начальник. Гомонок обнаружили в вашем кармане, – скромно делился своими умозаключениями Ушаков.

Следователь вперил в него немигающий взгляд. На лице у него отразилось сомнение, затем удивление, смешанное с каким-то первобытным страхом, и, наконец, уверенность.

– Ах ты, сукин сын! – воскликнул он, выдыхая. – Так это ты все подстроил? Ты сунул мне в карман чужой кошелек?

Он схватил Ушакова за шиворот, но оторвать ладно скроенного мужичка от стула ему оказалось не под силу. Он едва не вырвал ему ворот.

– Зачем мне это нужно, начальник? – вполне натурально удивлялся арестант, но в его глазах горели жуликоватые огоньки.