Адвокат инкогнито

– Анальное совокупление, – тем не менее коротко пояснил Чирков, внимательно глядя на Аркадия. – Вы признаете эти факты?

– Но я же пояснял, что не помню.

– По-вашему, у гражданки Кисловой есть повод оговаривать вас?

– Наверняка нет. Мы ведь едва знакомы, – прошептал Соболев.

– Я тоже так думаю. Значит, женщина не обманывает?

– Не знаю, что и сказать.

– Просто подтвердите ее слова. Большего от вас и не просят, – предложил Чирков. – Вы не беспокойтесь, врач осмотрел потерпевшую. Ее слова совпадают с данными медицинского обследования.

Так что вас никто не просит оговаривать себя.

– Но если я подтвержу ее слова, меня отправят в тюрьму?

– Не думаю, – заверил его следователь. – Я отпущу вас под подписку о невыезде, а судья примет во внимание все ваши положительные характеристики с места работы, наличие детей, семьи…

– О боже! Значит, не удастся оставить это все в тайне?

Чирков пожал плечами.

– Процесс будет закрытым, поэтому обо всем узнает только ограниченный круг лиц.

Так что я там говорил? Судья, учитывая вашу положительную личность и деятельное раскаяние, назначит вам условный срок.

– Это точно?

– Разумеется. Ну посудите сами, что вам делать в тюрьме?

Аркадий кивнул головой.

– А что там еще написано в ее заявлении?

Следователь передал ему бумагу, и Соболев начал разбирать неровные строчки, написанные торопливым почерком его ночной незнакомки. Не прошло и минуты, как он в сердцах бросил заявление на стол.

– Она пишет, что я хотел убить ее и скрыть тем самым следы преступления! – возмущенно воскликнул он.

 – Она пишет, что я душил ее. Это же бред!

– Почему вы говорите, что это бред, если, как утверждаете, ничего не помните? – спросил следователь, хитро прищурив один глаз. – Или все-таки что-то стали припоминать, а?

– Нет, я действительно ничего не помню! Но если я еще допускаю мысль, что по пьянке мог изнасиловать ее, то, хоть убейте, не могу себе представить, что собирался ее задушить. Я не преступник!

– Ну, хорошо, хорошо, – примиряюще откликнулся следователь.

 – Может, дамочка слегка сгустила краски. Мы, конечно, вам статью про покушение пока укажем. Не можем же мы игнорировать ее заявление! Но потом судья все это из обвинения уберет, и вы уйдете домой. Я тоже считаю, что вам незачем было ее убивать.

– Что от меня сейчас требуется? – устало спросил Аркадий.

– Всего ничего, – заявил Чирков. – Вы напишете заявление, в котором изложите события той самой ночи.