Адвокат черной королевы

– Мне кажется, кто-то утверждал, что ничего не смыслит в арбитраже? – лукаво спросила Алина. – Я уверена, что этот «кое-кто» немного поскромничал.

Лиза была польщена. Но она была настроена проявить упорство.

– Алина, попробуй связаться с Данилкиным. Вдруг они все-таки встретились.

– Обещаю, что я с ним поговорю.

– Ты можешь это сделать сейчас?

– Он очень занят.

– Это я уже слышала.

– Ну, хорошо, – сдалась Павловская. Взяв в руки сотовый телефон, она набрала какой-то номер. Прослушав сообщение, она поднесла трубку к уху Дубровской.

«Связь временно затруднена. Надеемся на ваше понимание», – проговорил женский голос.

– Вот незадача! – огорчилась Лиза.

– Не переживай, – успокоила ее подруга. – Если я узнаю что-то новое, я обязательно тебе сообщу. Ты мне веришь?

А что еще оставалось делать Дубровской?

…Последующие дни не прояснили ситуацию, связанную с судьбой арбитражного дела. Господин Данилкин передал через Алину горячий привет Дубровской и искреннее недоумение по поводу мирового соглашения с фирмой «Русский лес».

Похоже, Плешак действительно ушел в глубокое подполье. И вот тогда, когда Елизавета уже не ждала от него никаких известий, в ее доме раздался телефонный звонок.

– Это я, – вещала трубка густым мужским басом. – Мне нужна Дубровская.

– Она у телефона. С кем я говорю?

– Со мной, маленькая зловредная козявка!

– ?!

– Плешак на проводе.

Ах, это Иван Васильевич! Должно быть, он уже хорошо набрался, раз позволил себе оскорбления в адрес своего процессуального противника.

– …получил от тебя какую-то странную бумажку. Как я понял, ты меня решила зарядить на крутые бабки? Все никак не уймешься?

– Если мне не изменяет память, мы на «ты» с вами еще не переходили, – осторожно возразила Лиза.

– Так давай перейдем! Лично я уже начал. Ты что себе позволяешь? Пишешь какие-то малявки и рассылаешь честным людям с требованием денег. Тебя этому учили в институте?

– Все, что я сделала, в пределах закона! А вот вы себе позволяете лишнее.

Я могу записать наш разговор и привлеку вас за оскорбление.

– Ты этого не сделаешь!

– Это еще почему?

– Я прижму тебя к ногтю, и твоя статья в Уголовном кодексе будет куда круче моей. Понимаешь, о чем я толкую, детка?

– Нет.

Плешак захохотал.

– А я думаю, что ты понимаешь. Ну да ладно! Я – человек не злой. Даю тебе шанс. Давай отказывайся от иска, или, как там у вас, юристов, принято.