Ниенна. Благословленная Смертью

 – Видимо, нет, поскольку ожить и на помощь прийти обещался… Только как узнать, не соврал ли?

Герда оглянулась на лежащих людей и ахнула:

– Итить-колотить, подруга! Ты ВОТ ЭТО позвала на помощь?!

Одновременно с её воплем сзади раздались громкие стоны и ругательства – заклинание некромансера, парализовавшее людей, спало. Замерла и вдруг осела на землю многочисленная армия мертвецов, только глазницы их зло светились болотными гнилушками. Взвыл не своим голосом управляющий Сапек.

Со стороны кладбища, едва касаясь земли, шли шестеро, чьи силуэты полыхали ярче молний в весеннюю грозу.

– Не сбрехал дед вчерась, когда сорванцам сказки сказывал, – тихо рассмеялась Герда, утирая пот со лба дрожащей рукой. – И впрямь три зверя и три человека… Но кто ж знал, что они реально существуют?

– Репяные хранители? Я сама думала, что они всего лишь представление древних людей о силах природы, когда пшеницы не было и сажали одни корнеплоды, – ошарашенно отозвалась подруга.

– Хорошо представление, особенно девка. У неё сиськи не меньше моих. Гляди, чтобы ей деревенские-то волосья потом из ревности не повыдирали.

– Не повыдирают, собственных богов треба уважать и почитать, и они прекрасно это знают. Нам всем повезло увидеть их собственными глазами, – Ниенна всхлипнула. – Нам даже деканы завидовать будут со штатными королевскими магами! Это же уникальное событие – явление мелких божеств народу!

– Да хоть бы помогли по-человечески.

По полю шли шестеро. Впереди – дед Ероха, чуть поодаль – кругленькая беленькая старушка, которую он бережно вел за руку. По правую сторону – девчонка, крутобедрая и щекастая, с золотыми косами и ласковым взглядом. По левую – огромная собака, чья шерсть переливалась в лунном свете, как тот самый сундук с сокровищами, закопанный предком Репняных.

Старость и молодость. Дружба и отвага, хитрость и воля. Незаметность и расторопность. И огромное, колоссальное трудолюбие. Вот столпы, на которых зиждется любое удачное дело.

Репки в земле, на которой вповалку лежали люди, засияли ярко-ярко, и мертвецы отшатнулись, жалобно воя и потирая глаза. А затем, как по команде, встали, развернулись и побрели в сторону кладбища.