Змеевы невесты

Качались звенящие серьги в ушах, плескал по ветру подол платья. Ишь, в сапожках узорчатых явилась, не пожалела в такую погоду обувку в грязи полоскать.

Сколько ей было лет, не знал никто. Внешне – молодая холеная девица с пронзительными синими глазами, с лукавой полуулыбкой. Волосы убраны под платок, повязанный странным манером – на затылке. Ратибор слыхал, так морские разбойники головы кутали, чтобы южное солнце не пекло. Смотрела ведьма чуть насмешливо, но без зла, и даже вроде бы с сочувствием.

– Ты знаешь цену, сотник, – сказала она тихим голосом.

 – За кольчугу благодарствую, но ведь не только это ты должен отдать…

Ратибор вздрогнул и на мгновение стиснул зубы, не давая горю выплеснуться наружу в виде постыдных для ратного мужа слез.

– Согласен, – выдохнул он. – Лишь бы жива да здорова была. Нет ведь у меня других детей, только Дарена и осталась.

– Это неправда, – ведьма оскалила зубы, белоснежные, один к одному, как жемчужинки в дорогом ожерелье. – Сынки у тебя подрастают, по двору уже бегают.

Бойкие мальчишки, крепкие, все в отца.

– Некрас с Комелем? – ахнул Ратибор. – Откуда знаешь, что мои? Я же к их матери ходил всего месяц, после смерти Веселы. Кручина заела, хоть в петлю лезь…

– А мать их всегда тебе нравилась, да только на ней никто бы жениться не разрешил, потому как не по чину княжескому сотнику с кухонной девкой знаться? – почти беззвучно рассмеялась ведьма, затем замолкла и поглядела на него ласково, но чуть свысока, как на дитя малое. – Хватит горевать, ты же взрослый мужик, за тобой подвигов – на долгие годы внукам сказки рассказывать хватит.

Возьми ее уже и будь счастлив, никто тебе больше не указ, а что злые языки станут в спину болтать – так плюнь и разотри. Ты ведь тоже ей люб, не замечаешь? Иначе давно замуж бы вышла и жила припеваючи, с ее-то красотой…

– Это верно, – машинально поддакнул Ратибор, и тут же осекся. – Откуда знаешь? И говор у тебя не наш, хоть и на диво понятен. Из каких ты краев?

– Из тех, куда тебе и до конца века не дойти, – ведьма нахмурила брови, оставляя первый вопрос без внимания.

 – Так что, уговорились?

– Если Даренка захочет уйти к тебе, – твердо заявил Ратибор, хотя в животе крутился холодный ком тревоги. – Иначе зачем это все? Из огня вытащить да в полымя засунуть?

– Клянусь жизнью своей, – ведьма склонила голову, отчего серьги ее зазвенели, словно колокольчики. – Но она захочет. И ты ее больше не увидишь. Весточку она тебе пришлет, не кручинься.