Театр призрачных масок. Мир для двоих среди преступлений

– Трое убитых и одна пропавшая – глупости? – изумлённо спросила Матильда, слегка растерявшись.

– Дочка, успокойся, – его тон стал раздражённым и властным, – тебе в это вникать совершенно ни к чему. Забудь про то, что услышала от них!

Несколько секунд Матильда жалобно смотрела на отца и опустила голову.

Губы тряслись, от переживаний её лихорадило, а к вечеру опять резко поднялась температура, и она лишилась чувств прямо на руках отца.

После ужина они сели смотреть любимых «Чародеев» по телевизору, а потом пошла какая-то экономическая передача, которой Олег Матвеевич живо заинтересовался, но в какой-то момент почувствовал, что что-то не так.

Дочь лежала на диване с ногами, а головой на подушке на коленях у отца.

Её стало знобить, чувство жара усиливалось и сознание померкло, а Олег Матвеевич погладил её по голове и понял, что её лицо раскалённое.

– Вот чёрт! – воскликнул он, ощупывая её лоб, – у неё опять жар! Я же, блин, говорил, что простуда не прошла! Хреновы эскулапы! Я их в порошок сотру! Дочка! Дочка! – он потряс её, – сознание потеряла!

– Надо врача вызывать, – Светлана Эдуардовна схватила трубку, – что за люди! Диагноз правильно поставить не могут!

Она вызвала участкового врача, а Олег Матвеевич отнёс дочь в спальню и укутал, а сам остался рядом с ней.

Приехавший врач осмотрела девочку и послушала, а потом покачала головой и убрала инструменты.

– Это нервный срыв, – сказала она, подняв на них глаза, – вы что, заставляете девочку учиться до температуры и потери сознания?

Олег Матвеевич оторопел, глаза сменили цвет от ярости, но перед посторонним человеком он сдержал себя…

Глава 9

Никита не ожидал скандала.

Его отец слушал собеседника с растерянным видом, явно пытаясь вставить хотя бы слово, но с ним явно разговаривали в очень грубых тонах.

Он открывал рот и тут же закрывал, становилось ясно, что ему не давали и слова вставить.

Никита сделал такой вывод, глядя на отца, тот изрядно спасовал перед напором своего собеседника.

Когда Николай Филиппович положил трубку, он строго воззрился на сына, который в это время спокойно пил чай.

– Никита, что происходит? – строго спросил он, – почему я должен выслушивать хамство от нашего соседа?

– Ты про кого? – удивилась Инесса Валентиновна.