Театр призрачных масок. Мир для двоих среди преступлений

Смотрел, как краска приливает к её лицу и даже сглотнул слюну.

Это не укрылось от девушки, и она ещё сильнее покраснела, смутившись.

– Ты очень и очень пленительная, – нежно проговорил он, – у меня голова идёт кругом от твоих выразительных глаз… Боялся признаться и испугать, а ещё не хотел получить отказ. Думал, скажу, а она посмеётся. Голову потерял и просто спятил. Караулю тут тебя всё свободное время, и подойти не могу, а сам думаю о тебе. Такие дела.

Он попытался романтическую составляющую скрыть под маской грубости, но получилось из рук вон плохо.

Девушка глядела на него, как на Бога и глаз не сводила с мужественного лица, любуясь каждой его чёрточкой.

– Я бы ни за что не стала смеяться, – тихо проговорила она, – это же просто некрасиво. Человек душу открывает, а над ним смеются… Это плохо. Я бы никогда не стала. Я сама глядела на тебя. Видела, как ты слушаешь мои занятия с твоей мамой и мечтала, что ты приходишь в это время к ней ради встречи со мной. Чтобы послушать, как я занимаюсь… Ой!

Он расхохотался, а на глаза девушки навернулись слёзы.

Покраснев от горечи, она развернулась и бросилась бежать, а он на мгновение замешкался, но потом бросился за ней.

Не успел – она прыгнула на подножку троллейбуса и уехала, а он остался, досадуя, что повёл себя так некрасиво.

Ему хотелось схватить её в силки, эту красивую птицу, упорхнувшую от него с такой лёгкостью и проворством.

Ничего, он её догонит и извинится за столь некрасивое поведение.

На следующий день он купил букет белых роз и застыл в ожидании, готовый валяться у неё в ногах, лишь бы простила ему его вчерашний неуместный смех и пошла с ним на свидание.

Подняв взгляд на окна, он увидел собственную мать, стоявшую около окна.

Наина Олеговна придерживала рукой занавеску и тотчас послала сыну ободряющую улыбку, весьма довольная происходящим.

Он улыбнулся в ответ и кивнул, а сам сосредоточился на входной двери.

Светлана вышла из института и замерла в нерешительности, увидев его с красивыми цветами в руках.

Он стремительно подошёл к ней и протянул букет.

– Прости, – сказал он, глядя ей в глаза, – я повёл себя… Я смеялся не над тобой, а над тем, что… Короче, я раньше к матери ходил редко и в определённое время, а график себе сменил только из-за тебя. Ты вот думала и мечтала, что я прихожу из-за тебя, а на самом деле так и было.