#aktanakmenya. Жизнь первая

Заговор в 6 веке, поджег в 13, Она столкнула меня со скалы еще ребенком в апреле 1432 года, – мой любимый год, я тогда была близка к пониманию крыла, по её приказу меня душили, забивали палками, а однажды я была скормлена диким кошкам – «где помойное ведро?» Трепетно отношусь к своей энергии, которая испокон веков была направлена на созидание, так ничего и не создавшая, и я буду тратить её вновь и вновь на попытки создать, сейчас чувствую что трата энергии на поиск поганого ведра создала пепельницу прямо внутри, в районе солнечного сплетения, я затушила сигарету прямо в себя – это не моё.

Она всегда появлялась внезапно Тасманским Дьяволом, действовала стремительно ураганом Катрина, чьё имя вычеркнуто из всех реестров в связи с мощностью потерь, смертей, но осталось в моей памяти, появлялась в обличие удобных тел и уничтожала сначала мои труды, а потом, играючи и меня. Пока я билась в теории своего заточения в адском круге – она растила энергию, она научилась распознавать мои мысли до того, как я успевала придать им форму, она теперь пришла ко мне и смотрит сквозь моё красивое тело и заглядывает прямо в сущность, но никогда я не имела возможность разговора, никогда она не стояла так близко и я никогда её так не любила.

– Почему ты здесь есть моя мать?

Демон внутри этого прекрасного тела оскалился и я готова была обнять её колени. Моя человеческая часть задыхалась от восхищения и от жажды ласки от своей матери, её улыбки, моя сущность хотела крови, в честном сражении, прямо сейчас.

Глава вторая, а жизнь первая.

Это была ароматная и бестолковая жизнь. Я вспоминаю о ней не по действиям, событиям, диалогам, образам, а по ощущениям всецело. Моё первое свидание с жизнью. Свидание, на котором я познакомилась с собой.

Бескрайнее поле, богатейшее травами, усыпанное щедрой ладонью сон-травой, кандык-ай, а там, где пряное поле начинает уступать камню, теплая земля сдобрена эдельвейсом, маком, щепоткой камнеломки – истинное искусство кулинарного творения; воздух опьяняет свежестью, с первым глотком приходит радость быть.