Квинтэссенция свободы

Потом он расскажет о своей молодости, повспоминает былые дни на своем посту в плавучем доме. Я не против. Мне нравится с ним говорить, вернее – слушать его. Распиравшее меня до этого счастье и рвущийся хохот постепенно будут сходить на нет, превращаясь в ностальгию и тихую светлую надежду на очарование. Спокойствие навалится сладостной тяжестью и что-то робкое будет копошиться на краю сознания.

Надежда на что-то, чувство того, что вот-вот что-то особенное произойдет…

Мы допьем чай как раз к отправлению очередного товарняка.

Он уйдет, еще раз спросив, приду ли я снова, пожелает спокойно добраться до дома. А я еще останусь.

Тихая светлая радость укроет душу и все перестанет существовать. С новыми силами, с новым перерождением, покачу обратно домой, упиваясь ароматами уже не так жадно, а сдержанно, дегустируя каждый оттенок запаха, как вино. Это тот самый момент моего состояния, когда я никуда не тороплюсь.

А на завтра вновь брошу велик в кустах и буду упиваться красотой и гармонией весеннего вечера, где запахи вновь меня опьянят.

Вновь скользнет свет фонарика и громыхнет товарняк. Вновь растворюсь над бескрайним пространством. Вновь плеснется чай. Но на одну кружку больше.

Ты представишься и голова пойдет кругом, и все будет в нужный, в тот самый момент…

Поймать ветер

Сижу на балконе своего старого, еще бабушкиного, двухэтажного дома, где первый этаж как раз вровень с землей. Пью кофе, горячий, густой, с молоком.

Еще совсем темно и тихо, но рассвет не заставит себя ждать и уже через несколько минут солнце позолотит верхушки зеленеющих кленов и тополей и первый автобус покатит по моей улице.

Я с недавних пор обживаюсь на новом месте, хотя здесь, именно здесь, прошло мое детство. Все еще кажется таким знакомым, и в то же время – новым, неизведанным, неопознанным, неизученным.

Ветер просыпается и начинает трепать листву, волосы, белье у соседки во дворе. И так всегда. Ветер здесь иной. Сухой, с привкусом реки и кислинкой яблонь из садового хозяйства на горе.

Сколько себя помню, здесь безветрие было необычайной редкостью.

Скрипнула дверь и появился сосед, немного сонный и недовольный.

– Доброе утро! – улыбнется он и щурясь посмотрит на небо из-под своей древней, как и он сам, химмашевской засаленной кепки. – Отличный будет денек.

И пойдет в сарай за сельскохозяйственным инвентарем, а из его дома потянется запах свежей выпечки и щей.

Город хоть и маленький, глубинка, но все здесь особенное, родное.