Квинтэссенция свободы

Она улыбалась своим мыслям, как раз в тот момент, когда…

– Как тебя зовут?

– По имени.

– А меня Иван.

– Вот уж точно, – рассмеялась Лили. – Твоё имя тебе подходит.

– Ага, самому нравится, – заулыбался он. – А вот тебе «по имени» что-то как-то не очень.

– Лилия меня зовут, – ответила она и прибавила шагу – иначе скоро ночь наступит, пока она тут с ним в «светофор» играет.

– Лилия, – мечтательно протянул он. – Очень красивое имя. И цветы, наверное, любимые?

– Вот и нет, – отмахнулась она. – Лилии не люблю.

– А какие любишь?

– Любые, – она закатила глаза. – Лишь бы не в обёртке.

– Понятно, – и он погрузился в молчание, понимая, что она не хочет с ним разговаривать.

И тут ветер сыграл с ним злую шутку. Взметнув на очередном повороте волосы девушки совершенно в другую сторону, он отправил Ивана в полёт над меловой бездной.

Лили даже глаза руками закрыла, чтобы не видеть, как он, закрыв голову руками, кубарем катится вниз, поднимая белый столб пыли.

– Ваня, – только и пролепетала она.

А потом бросилась вниз, оскальзываясь на траве, спотыкаясь через муравейники.

– Я в порядке, – только и сказал он, когда она тронула его за плечо.

Весь белый и сильно потрёпанный, он выглядел, будто всю жизнь работал в меловом карьере.

– Точно в порядке? – Лили смотрела, как по белому подбородку тянется алая струйка крови.

– Чёртов рюкзак! – заорал он, яростно скинул его и отшвырнул.

Отойдя от Лили на несколько шагов, он плюхнулся на землю и, обхватив голову руками, стал раскачиваться взад-вперёд, жалея себя и злясь на весь мир.

Лили открыла рюкзак и посмотрела его содержимое – полный, битком набитый виниловыми пластинками, которые в большинстве своём были безнадёжно сломаны. Она достала пару. Гил Эванс и Джимми МакГрифф. Джазовые исполнители. Редкие пластинка после времён фарцовки.

– У меня есть такие, – сказала девушка негромко. – Небольшая коллекция.

– Да к чёрту эту коллекцию, – отозвался Иван устало.

Он встал и побрёл вниз, не разбирая дороги.

– Подожди! – Лили подхватила рюкзак и побежала следом. – Ты не туда идёшь!

– Вот! – он снова начал злиться. – Я даже домой не могу дойти! Чёртовы пластинки! Чёртовы очки! Чёртов день!

– Хватит! – не выдержала Лили.