Агентство «3 Лилии». И рассказы

Что наши женщины почти все красивые, нежные, любящие, преданные и бескорыстные…

– Одним словом, – твой портрет.

– Я думала, что он видит людей насквозь. А меня чувствует, как никто никогда.

Лёгкий всхлип заставил Лилию вернуть Ольгу из далёких грёз в жестокую действительность сегодняшнего дня.

– Так что в аэропорту?

– Он не вёл себя как человек, приехавший к женщине своей мечты, с которой собирался связать свою судьбу. К тому же, он приехал с другом, с которым они на двоих сняли квартиру в центре. А его друга в аэропорту также встречала девушка.

– И ты не знала об этом? Он не говорил, что приедет с другом? – Уточняла детали Лилия.

– Говорил, конечно… Но, я подумала, что это исключительно в целях экономии… я не знаю. Я была уверена, что он устроит всё так, что мы будем с ним вдвоём, а получилось всё наоборот. Больше внимания он уделял своему другу, больше беспокоясь о том, чтобы ему было комфортно. В двух огромных чемоданах, которые он привёз с собой, для меня из подарков была лишь спортивная кофточка, коврик для аэробики и маленький браслетик.

Позолоченный. Я не ханжа, но он каждый день говорил мне, что купил очередной для меня подарок.

– Выходит, врал?

– Думаю, нет. Доставая подарки из чемодана, он очень старался, чтобы я не увидела, что там внутри. Думаю, подарки были, но он их придержал для кого-то другого. Мне кажется, что его здесь не одна я ждала. Возможно, именно поэтому на следующий день он обрадовался, когда я сказала, что мне нужно ехать домой, к дочери.

Она приболела.

– Ты живёшь с бывшим мужем в одной квартире? – Догадалась Лилия.

– Да. Поэтому я не могла привести Антонио к себе. Но я ему честно всё рассказала. Он знал о моей ситуации. Я всегда была честна с ним.

– И, разумеется, ждала того же от него. Самая большая глупость на свете – составлять мнение о других, исходя из собственных представлений. – Покачала головой Лилия и всё-таки усмехнулась, а её зелёные глаза отразили какую-то глубокую, хорошо спрятанную печаль.

– Пусть.

Пусть все считают меня наивной дурочкой, но я верила ему! Он убедил меня в том, что чувствует так же, как и я. Он заставил меня поверить. – Тон Ольги стал приобретать возбуждённые нотки праведного негодования, на что Лилия, не подав виду внешне, внутренне пожалела её. – Подруга сказала, вы можете помочь.

– Можем. – Согласилась собеседница. – Но я хотела бы услышать, чего хочешь ты.

– Я хочу, чтобы ему было так же больно, как мне сейчас.

– Что было дальше.