Девушка с Рублёвки. История о любви в забавных обстоятельствах

При Хрущёве, – откликнулся из-за спины провожатый. – Этому дому пятьдесят уже. И лифту столько же.

Ветеран лифтостроения доскрипел до дверки с зелёной кривой восьмёркой и дёрнулся, затормозив. Провожатый за спиной завозился, видимо, пытаясь обойти меня и открыть двери. Места для манёвра не было, поэтому двери я открыла сама. Ничего сложного: поворачиваешь зверского вида ручку, отпускаешь защёлку, – и выходи на умеренно облезлую площадку с четырьмя квартирами по обе стороны от лифта.

Квартира, куда мы шли, находилась справа.

– Что здесь было? – ахнула я, переступив порог.

– Что было… Отец мой жил.

Мой провожатый аккуратно закрыл расхлябанный замок, перешагнул ободранный край линолеума – дырка занимала с треть крохотной прихожей – и пошёл на кухню. Я потопала следом.

– Разве Витька не говорил, что квартира убитая? Потому и сдаю задарма.

– Он говорил, что требует ремонта. Но чтобы настолько…

Я оглядела кухню и плюхнулась на колченогую табуретку. Стоя выносить такое зрелище было тяжеловато.

Потолок кухни был покрыт желтоватыми разводами, видимо, заливали соседи. Обои на стенах – наполовину ободраны. Грязно-серый линолеум прожжён в нескольких местах. Громоздкая газовая плита гордо подбоченилась чугунными трубами и вылезла чуть ли на середину кухни. Раковина отсутствовала: кривой кран сиротливо глядел в заткнутый тряпкой отвод канализационной трубы.

– А раковины почему нет?

– Пропил, наверное, – пожал плечами мой квартиросдатчик. – Папаша закладывал по-чёрному, оттого и мать с ним развелась, квартиру разменяла.

– За пятнадцать тысяч? В эти трущобы?

Я ещё раз оглядела грязный пол, жёлтый потолок, ободранные стены, газовую плиту и заткнутый тряпкой слив… Ну Пенкин, ну болтун! Ну такие песни пел: «Квартира на Рублёвском шоссе, двухкомнатная, всего за пятнашку в месяц! Такая квартира да в таком месте стоит минимум тридцать штук! Просто хозяин мой друг, вот и берёт чисто символически!» Похоже, и жить в этой чисто символической квартире можно только чисто символически.

– А комнаты можно посмотреть?

– Можно, – кивнул хозяин и продолжил экскурсию.

Комнат было две, в этом Пенкин не обманул. Одна большая, метров восемнадцать, вторая вдвое меньше. И были они в менее плачевном состоянии, чем кухня. Ну, окна пыльные, годами не мытые. Ну, потолок пожелтел от старости, ну обои выцвели и сверху слегка отстали.