Шурочка, или Повесть первой любви

– И от этих секс-гигантов мы драпали, как зайцы? – фыркнула Ира. – Это их испугались наши мальчишки? Да ткни пальцем – завалятся, Казановы зачуханные!

– Девочки, а вот и мы, – отсалютовал им «метр с кепкой». Это он, судя по голосу, больше всех шумел в темноте. Отсалютовал, тут же потерял равновесие и повис на долговязом приятеле.

– Пойдёмте дружить!

– Слушай, как там тебя… Вася? – спросила Зинина.

– Перец, – то ли кивнул, то ли обмяк коротышка.

– Слушай, Вася, у вас в Гореловке что, так принято – по ночам врываться в чужой дом и требовать любви и дружбы?

– Чего? – не понял Вася и оглянулся на клуб.

 – Это не дом, это спортзал.

– А мы кто, по-твоему, – спортивные снаряды, что ли? – разозлилась Зинина. – Значит, так. Если сейчас не уйдёшь, пожалуюсь директору совхоза.

– Как вам не стыдно! – строго сказала Эльвира. – Мы сюда приехали с урожаем помогать, а вы к нам пьяные вламываетесь, мальчишкам нашим угрожаете, нас пугаете. Стыдно так себя вести. Не по-комсомольски!

– Значит, так, – прищурилась Зинина.

 – Хочешь знакомиться – приходи завтра. Трезвый. Тогда и посмотрим, что ты за Перец.

– Не, Колян, ты слышал? – изумился коротышка. – Не нравится им, что мы пришли! Да и пошли вы на х… лахудры городские. У нас свои девки – во! И не ломаются. Директору она пожалуется! Да я этого директора…

Колян, поняв, что дружба не сложилась, вывел Ваську за ворота и уводил дальше по улице. А тот громко рассказывал, что бы он мог сделать с директором.

– Боже мой, какой ужас, – сказала Шурочка.

 – Ирка, ты молодец, что их послала. Я так испугалась, до сих пор дрожу.

– И я, – пискнула Леночка. – Я думала – все, изнасилуют и никто на помощь не придет.

– Изнасилуют? Эти?! И не мечтай, – фыркнула Зинина, и девчонки зашлись хохотом. Каждая – на свой лад.

Невысокая смуглая Эльвира хохотала, запрокинув темноволосую голову, толстушка Зинина приседала от смеха, хлопая себя по полным ляжкам и тряся светлыми кудряшками, Леночка беззвучно вздрагивала от смеха, и кончик русой косы, перекинутой на грудь, мелко подрагивал в такт.

Шурочка хохотала так, что заболело за ушами и выступили слёзы. Они смеялись, отпуская тот страх и ужас, что разбудили их недавно в темноте.

– Вы чего тут делаете в такое время? – подошёл куратор их группы. Надо же, у них тут приключения, а его, выходит, и не было в зале!

– Э-э-э, Сергей Анатольевич, – начала было Шурочка, утирая слёзы…

– Анатолий Сергеевич, – поправил тот.