Неделя странного лета…

А тут – такие рокировки, смена партнёров, полная перепутаница. Впрочем, бог с ними, сами разберутся.

«Интересно, а сколько сейчас времени, что все спят?». Анна по привычке взглянула на запястье – пусто. Сама ведь часы сняла и дома оставила – раз уж путешествие в безвременье, так пусть всё будет по-настоящему, без поблажек. Пока за временем по мобильнику подсматривает, но там, у озера, и эта лафа закончится – не ловят в тех местах телефоны, да и заряжать негде. «Рано ещё, наверное. Я соскочила, небось, чуть свет!».

Она выглянула в окно, соображая, насколько утро раннее. Но северное «долгоиграющее» солнце спряталось в низкой облачности и время подсказывать не собиралось.

Вернувшись, Анна уселась у окна на свободной нижней полке в бывшем купе катамаранщиков. На верхних полках спали «переселенцы»: Янка похрапывала, Павлик тихо сопел, отвернувшись к стене. Пейзаж за окном за ночь посуровел, вчерашней голубизны не было и в помине. Вместо озёр – слегка белёсые то ли леса, то ли рощицы, вместо неба – сероватые облака.

«Может, распогодится? Конец июля, всё-таки!» – понадеялась Анна. Прогноз погоды в этой местности, выловленный накануне в Интернете, много не обещал: днём плюс тринадцать, ночью плюс семь. Но когда прогнозы полностью сбывались? Должна погода наладиться, середина же лета!

– Доброе утро, ты не знаешь, куда Павлик делся? – Андрей, заглянувший в отсек, выглядел растерянным. Сына потерял!

– Да вон он, здесь спит, – кивнула Анна на верхнюю полку в купе, Андрей разглядел длинный силуэт, вздохнул облегчённо и полез поправлять одеяло, свисавшее вниз длинным языком.

– Пап, ты чего? – Павлик повернулся к отцу и сонно таращил непроснувшиеся глаза.

– Ничего-ничего, спи. Я тебя потерял, – Андрей похлопал сына по плечу, растерянно оглянулся на Анну, явно смутился и ушёл. Спросить его про время она не успела.

– Эх, куда б податься, да кому б отдаться! – со второй полки высунулась рука и закачала над столиком стиснутым кулаком. Янка проснулась и объявила об этом всему вагону.

– Да вот, пожалуй, и некому уже. Мужички-то вышли, – сказала Анна.

– Кто здесь? – теперь с полки свесилась растрёпанная черноволосая голова. – А, ты. Привет.

– С добрым утром. Яна, ты не знаешь, сколько времени?

– Ща глянем. Полдевятого. Во, блин, рано-то как! Ещё три часа ехать. И ведь не усну теперь, раз проснулась!

– Слушай, а как мужички тихо вышли, я даже не слышала,– сказала Анна. – И успели ведь за пять минут всю кучу своего барахла вынести.