Семь капель счастья

И пусть для Ирэны тысяча долларов – слишком дёшево, для неё, Инки, это сумма, которую и за два года не собрать.

Вечером за ней заехал Николай Евгеньевич, и они сразу отправились к Инке домой, где бабуля устроила ужин в честь его приезда, сотворив пирог с грибами.

– Нина Антоновна, я зову Инночку поехать со мной в Хургаду. Вы её отпустите? – спросил Мелихов, когда они уселись за стол и наблюдали, как бабуля разрезает румяную корочку, пластая свой праздничный шедевр на ровные, вкусно пахнущие грибами и луком куски.

– Хургада? – отвлеклась она от пирога. – А где это? В Узбекистане?

– Это в Египте, бабуля! – засмеялась Инка. – Ты что!

– А что я. Я дальше Волги и Оки не ездила никуда. Сначала Зину растила, потом – тебя. Зина – это Инкина мама, – объяснила она Николаю Евгеньевичу. – Вы знаете, наверное.

– Да, Нина Антоновна, знаю, что Инночка осталась сиротой, и вы ей полностью заменили родителей, – скорбно кивнул Николай Евгеньевич.

– Ну да, заменила, – вздохнула Нина Антоновна и придвинула гостю кусок пирога.

– Спасибо, Ниночка Антоновна, – Николай Евгеньевич откусил пирога. – Очень, очень вкусно. Я просто поражён вашим мастерством. И когда вы всё успеваете!

– Это мой фирменный рецепт, специальный, на случай внезапных гостей, – засияла хозяйка. – Когда Инна позвонила, что вы в городе и вскоре будете у нас, я сразу этот рецепт и вспомнила!

– Значит, я – внезапный гость! – подначил Николай Евгеньевич.

– Ну что вы говорите такое, – перепугалась старушка. – Вы желанный гость! Инночка по вам так скучала! А мне не сложно – грибы есть, мука есть, пара луковиц в доме всегда найдётся. Всех хлопот на сорок минут – и еда на столе!

– И какая еда! – прожевал Николай Евгеньевич. – Вы замечательная кулинарка, Нина Антоновна. Надеюсь, Инна переняла от вас секреты мастерства.

– Перенять-то переняла, да не больно пользует.

– Бабуль, между прочим, говорить о присутствующих в третьем лице неприлично, – не выдержала, наконец, Инка.

– А сиднем сидеть молодой-красивой в четырёх стенах – прилично? Спасибо, вон, Николай Евгеньевич решил тебя в свет вывезти!

– Ба, я не телега, чтобы меня вывозить.