Город пахнет тобою…

Считаю до трех. Два уже было.

Я резко одернула юбку и села так, чтобы не светить бельем. Тиль подполз ко мне ближе и положил голову на колени.

– Можно? – вежливо поинтересовался Клаус.

– Заходите, – хихикнула я.

– А то мало ли чем вы тут занимаетесь, – игриво сверкал глазами Хаген.

Ребята пожали руку Тилю, чмокнули в щеку меня.

– Дэн искал Мартина. Заболел? Горло? – спросил Клаус, возвращаясь к перегородке, отделяющей прихожую от спальни.

Тиль расстроено кивнул.

– Надеюсь, ничего серьезного, – покачал головой Хаген.

 – Скажи ему, что это у тебя от стресса на вчерашние вопли Фехнера. А то нашел на ком зло сорвать.

– А что случилось? – я автоматически перебирала прядки, где-то в самой глубине сознания отмечая, что темно-русые волосы отросли и уже видны светлые корни.

– Звук вчера был плохой, Тиль фальшивил все время, горло драл. Только к концу кое-как наладили, эхо постоянно было. А Фехнер наехал на Тиля, словно это он виноват.

– Ну, он был где-то прав, – прошептал Тиль.

 – Хотя при нормальном звуке, я бы не сорвал голос. До конца еле дотянул.

– О, док! Приветствую! – донеслось из коридора. – Дейв, привет! Как дела?

– Это я у вас хочу узнать, как у нас дела?

Я резко сорвалась с места и плюхнулась на место Хагена, который тут же переместился на подлокотник. Сердце бешено застучало в ушах. Все-таки хорошо, что у нас такая дружная компания. Если бы не Клаус, все бы пропало. Фехнер на формальном собеседовании четко дал понять, что будет за нарушение контракта.

И дело было даже не в этом чертовом контракте, мне бы не хотелось, чтобы окружающие знали о том, что я сплю с солистом – на работе не гадят. Тиль сделал вид, что лежать поперек кровати в неудобной позе и без подушки – его любимое развлечение. В номер вошли наш врач, продюсер, Дэн и Клаус.

– Ну и чего тут все собрались? – буркнул Дэвид. – О, фрау Ефремова соизволила осчастливить нас своим присутствием и сразу же в курсе всех дел.

– Я тоже соскучилась по вам, герр Фехнер, – ехидно улыбнулась я.

 – Без вашего ворчания мой день считается прожитым зря.

– Как же мне нравится, что хоть кому-то мое ворчание по душе, – заулыбался он, пожимая мою руку. – Что там у нас, Маркус?

– Ларингит, – оторвался от разглядывания глотки Тиля доктор Мартин.

– Послезавтра должен быть здоров, – строго глянул на него Фехнер.

– Исключено, – покачал головой Маркус.

– Это не мои проблемы. Тиль, ты помнишь о концерте? – Тиль вздохнул и опустил голову.