Напарница вампира

«Хорошо, – думала я, спускаясь по лестнице, – что ни одна „устрица“ не видела, как мне было плохо на их этаже: уж они бы догадались, что со мной случилось».

Таспы, снова ставшие меня узнавать в лицо, при моём появлении морщились и отворачивались, пока одна из кузин Аманды не сообщила, что моя барышня за мной с утра посылала, а я Бог весть где пропадаю. Я поклонилась и ушла наверх к свой нанимательнице.

Аманда встретила меня слезами.

– Гляди! – закричала она, потрясая какой-то книгой в кожаном переплёте.

 – Это бесчеловечно, это невозможно, это… Кати, что с тобой?!

Я прислонилась к дверному косяку, не будучи в состоянии не то, что переступить порог, а даже сделать хотя бы один шаг. Вход в комнату преграждала груда из икон, священных текстов, вставленных в дорогие рамки и рябиновых распятий. Поверх груды лежало серебряное распятье на дорогой серебряной цепочке. Собранные вместе, эти предметы причиняли нечеловеческую боль, вызывали слабость и дурноту.

– Кати! – испуганно закричала моя нанимательница, а после подбежала ко мне и силой завела в комнату.

Проходя мимо груды предметов еретического культа, я едва не забилась в судорогах. Аманда усадила меня в кресло и расстегнула воротничок. – Тебе плохо?! Я сейчас же пошлю за аптекарем!

– Нет, прошу вас, барышня! Мне… Мне уже лучше. Это пройдёт, прошу вас!

– Как скажешь, Кати… – несколько растерялась Аманда. – Но позволь, я дам тебе вина…

Она протянула руку к звонку для прислуги, я еле успела её перехватить.

– Прошу вас, барышня.

Не стоит утруждаться. О чём вы хотели поговорить?

– Кати, дорогая, ты уверена, что тебе не нужна помощь? – недоверчиво спросила Аманда. Я энергично кивнула, постепенно приходя в себя.

– Отлично! – решительно заявила барышня и всё-таки позвонила в звонок для прислуги. Когда на звонок явился лакей вместо привычной в покоях барышень горничной, моя нанимательница ничуть не удивилась, только обрадовалась и кивнула на груду вещей. – Унесите это отсюда и выкиньте куда-нибудь подальше! – приказала Аманда.

Слуга наклонился, собрал вещи в охапку и уже собирался выходить, когда его остановил новый приказ. – Стойте! Возьмите вот это и выбросьте вместе с остальным мусором!

Барышня буквально сорвала с меня нитку с распятием – я вздохнула с облегчением и потёрла натёртую шею – и бросила лакею. Слуга понимающе кивнул и вышел за дверь, предоставив госпоже самой её запирать.

– Мы не будем потакать идолопоклонству! – объяснила Аманда свои действия.