Напарница вампира

Наверняка уже по всему дому известна выходка Аманды, в которой почему-то обвинили меня… в общем, по мнению прислуги, я здорово забылась – и когда осталась с встречающими гостя господами, и когда позволила барышне так нелепо себя представить, и когда спряталась от нотаций, и когда заставила нанимательницу попросить для меня еду в её комнату. Все сразу же почувствовали, что я здесь чужая… и именно поэтому не одобрять теперь собирались исключительно молча. Мне придётся потратить немало усилий, чтобы разбить возникшее между нами отчуждение.

– Видишь, что творится? – обратилась ко мне за поддержкой госпожа Клара. – Дожили! Дождались! Бедная барышня Аманда! Всю жизнь провести с таким-то… безумцем! Нет, если они в неделю отсюда не уберутся – прошу расчёт! И если они ко мне на кухню будут соваться! И если они пьянствовать не перестанут! И орать под окнами! Вчера всю ночь орали, слышала?

Я покачала головой. Орали? Всю ночь?

– У тебя же под окном и орали, – заметила Мари, живущая в ближайшей ко мне комнате.

– И собак пусть перестанут спускать! – продолжала возмущаться кухарка. – Бегали по двору, лаем спать не давали, аж кровь в жилах стыла! А псари рядом с ними пьяные дрыхли! Врали, мол, псы у них тихие! Как бы не так! Я старый человек, нельзя же так!

– Псы лаяли? – неуверенно переспросила я. Ночью ко мне приходил напарник, а острийские собаки лают только на вампиров… но я ничего не слышала! Как и криков под окнами…

– Лаяли! Но я с ними расправилась, не сомневалась.

– Расправились? – испугалась я. Неужели она их отравила?

– А то! – подбоченилась кухарка. – Вынесла им во двор похлёбку, а туда сонного порошка подмешала… в четверть часа заснули как миленькие! А то моду взяли – под окнами лаять… Кати, деточка, что с тобой?

– Н-ничего, – вяло ответила я, но меня уже не слушали, меня подхватили под руки и повели куда-то вниз, усадили за стол… я пришла в себя, когда мне в руки сунули большую чашку крепкого чая.

Напарник лгал. Он не мог отпугнуть людей от моих дверей, он просто слышал шум за окном, на который я от волнения не обратила внимания, и знал, что его голос не будет замечен на фоне общего переполоха. Он даже собак не мог усыпить, дождался, пока это сделает за него кухарка. Он очень мало чем мог защититься от человеческого любопытства или подозрительности… он ходил по канату над пропастью… и тащил меня за собой.