Тайна твоей нежности

Кэт тогда была просто сладкой конфеткой и с её данными могла легко склеить любого парня, а уж у голодного до женской ласки дембеля вообще не было никаких шансов уйти от её зовущего взгляда.

Мы чудили так, что только на люстре, наверное, сексом не занимались. Благо, у нас всегда было где – мои родители обычно работали допоздна, а её мама частенько уходила на ночные смены.

Через год мы расписались, а ещё через полгода всё кончилось – мне дали восемь лет.

Что я чувствовал к ней сейчас? Мне она казалась родным человеком, младшей сестрёнкой, которой я всегда приду на помощь и никогда не стану ей чужим.

Но и возврата к прошлому быть не может от слова «совсем». И не потому, что она замужем, хотя и поэтому тоже, а просто потому, что я уже никогда не смогу её воспринимать иначе, нежели как младшую сестрёнку. Всё, что было когда-то между нами, осталось очень далеко и безвозвратно в прошлом.

Я не испытываю по этому поводу грусти или радости, а просто принимаю это как данность.

Чувств, что были когда-то, уже нет и не будет, но мы остались родными. До сих пор я считал, что она думает так же. Но, видимо, что-то пошло не так…

Кэтрин сидела за тем же столиком, что и в прошлый раз, почти год назад, когда мы встретились впервые после шести лет разлуки. И за этот год она слегка изменилась – в прошлый раз у неё было каре, сейчас длинные каштановые волосы были красиво уложены и делали её образ более мягким и женственным. Мне показалось, она немного поправилась – совсем чуть-чуть, что придало ей ещё большую аппетитность и притягательность для мужского пола.

Было видно, что она готовилась к нашей встрече – прическа, красивое декольтированное платье, духи, разящие наповал и ярко накрашенные губы – всё это запросто подействовало бы на меня, если бы не два «но». Во-первых, у меня теперь есть моя маленькая сероглазая Льдинка, а во-вторых, это же Кэт, для которой кроме кроме братских чувств у меня ничего не осталось.

– Кэт, ты как всегда неотразима! Ну, здравствуй! Случилось что?

Присаживаюсь рядом за столик, приветливо ей улыбаясь.

– Даже не обнимешь меня? – обиженно, и даже со слезами на глазах, просяще шепчет Катрин.

Запрещённый приём, и конечно я ей не могу отказать. Встаю ей навстречу и мягко прижимаю к себе, целую в макушку и, не давая ей настроиться на эту неправильную волну, усаживаю её на стул.

– Кэт, тебе что-нибудь заказать? Я с поезда, кофе бы выпил.