Молчание

– Давай, тогда, по стопочке замахнем, для аппетиту!

– Для аппетита! Деревня, – иронично поправил друга Стас.

– Да хоть как! Я не обижаюсь на тебя, потому что такие дорогие гости бывают здесь очень редко, – выдал Андрей, разливая сорокоградусную жидкость по стопкам. Выпив и закусив все это солеными огурчиками, друзья стали налегать на плов и вспоминать былые армейские годы. Они дошли до самого смешного, когда в дверь позвонили.

– Подожди, пойду открою, – перебил Стаса Андрей.

– Это Маринка, лучшая подруга Танюшки, – прокомментировал Андрей, представляя Стасу высокую голубоглазую брюнетку. Она была красива и очень сексуальна, одежда это подчеркивала. Томные глаза впились в Стаса и оценивающе блуждали по его одежде. В ней угадывалось отсутствие интеллекта и темпераментный характер.

– Стас, – представился Риттер и посмотрел брюнетке прямо в глаза. Она вызывала в нем похотливое желание, но он решил это скрыть.

– Вот, я и говорю, – продолжил Калинин – что ты, Маринка, поторопилась со своим Костей. Вон, какие у нас женихи есть.

– Да ладно, Андрюха, девушку в краску вводить. Пусть спокойно соберутся. Пошли уже, – сказал журналист, которому эти слова тоже не понравились и, улыбнувшись, добавил – приятно было познакомиться, Марина.

Оказавшись снова на кухне и поплотнее закрыв дверь, армейские товарищи продолжили беседу.

– Калина, – вспомнив старое армейское прозвище, начал Стас – конечно, не в обиду, но твоя сестра и эта девушка абсолютно разные. Как они могли стать подругами?

– Что это ты имеешь в виду?! – насторожившись, спросил Калинин.

– Ну, по этой Марине видно, что она легкомысленна, а вот твоя сестра, наоборот, кажется серьезной девушкой, – выкрутился гость.

– Понимаю твою реакцию, просто, дело в том, что они учились в одном классе. После школы Маринка в медицинский колледж поступила, выучилась на медсестру и сейчас в какой-то клинике работает. Сдружились они, когда Таня помогала ей колледж заканчивать.

– Я так понял, что она замуж собралась?

– Верно подметил! Ну что, еще по одной? – меняя тему, спросил Калинин.