Шоковая терапия

–Тебе ли не знать, – не сдержалась от язвительного комментария я, но сестричка проглотила мою реплику с философским безразличием и даже внезапно согласилась с весьма нелестным замечанием в свой адрес.

–Да полный финиш, – грустно призналась Илона, – одни ушлепки попадаются, прямо обидно становится. Ладно, с Никиткиным папашкой я сама маху дала, молодая была и глупая, думала хоть пузом, но в ЗАГС его затолкаю. А Веня каков оказался? Своих мозгов, видать, кот наплакал, раз без мамочкиного одобрения шагу ступить не может.

Но сладкого-то всем хочется, вот он, сволочь, целый год меня завтраками кормил, а я и уши поразвешивала. Знаешь, Марта, что я поняла за то время, пока на сайтах сижу? Мужа надо из арабов выбирать.

–Неожиданный вывод! – неприкрыто удивилась я, – и с чего вдруг такие мысли? По мне, так те же яйца, только сбоку, у меня на них вообще фильтры стоят. Растекаются мыслью по древу, поют тебе дифирамбы на все голоса, но на самом деле они наших женщин всерьез не воспринимают и женятся только на своих, а наши дурочки им только для развлечения.

–Нет, ну это понятно, – кивнула сестричка, но тут же добавила, – смотря как себя сразу поставишь. Если хихоньки да хаханьки, то да, толку не будет, с ними надо голову включать. Я теперь ученая, меня на мякине не проведешь: тем, кто с первого дня в любви признается, я прямо отвечаю, не на ту напал, а вот если мужчина ответственно рассуждает, почему бы и не пообщаться. Есть у меня сейчас один, Джафар, красивый, глаз не отвести, но ведет себя совсем не так, как остальные.

Рассказывает больше о семье, о родителях, ну и о религии тоже говорит, куда без этого. Никакой пошлости, всё прилично, на меня не пялится, а наоборот, очень уважительно относится. И потом, он не какой-то там бородатый моджахед в чалме, учился за границей, три языка знает, бизнесом занимается. Показывал мне свой дом, намекал, что нужна хозяйка, видно, что человек не бедствует.

–Илонка, оно тебе надо? – красноречиво нахмурилась я, – сначала он тебя заставит ислам принять, потом платок надеть, и будешь всю жизнь сидеть в клетке и детей рожать.

–А, может, и буду! –окончательно добила меня сестричка, – что в этом страшного? За таким мужем, как за каменной стеной, ни работать не нужно, ни о деньгах переживать. Никитка еще маленький, приспособится без проблем, а что ислам принимать придется, так я тут сильно не парюсь. Вот живу я здесь вся такая свободная, и скоро от этой свободы ноги с голоду протяну.