Контролируемая авария

Я чувствовал, как со мной происходит что-то странное, но я видел причину в хронической усталости от тренировочных нагрузок, у меня всё чаще случались перепады настроения: иногда я мог свернуть горы, всё получалось у меня легко и непринужденно, а порой мне хотелось лишь целыми днями лежать в кровати и даже не шевелиться. Эта апатия была хуже всего, на выпускном курсе я не мог позволить себе часами валяться без толку. Моя заветная мечта была близка к осуществлению, оставалось совсем чуть-чуть поднапрячься, чтобы стать лучшим в потоке.

Проблема состояла в том, что, как я тебе уже говорил, я не был лучшим. По всем показателям крепкий середнячок, не более, вот я и выжимал из себя все соки, но своего добился. Диплом с отличием и рекомендации из Академии позволили мне устроиться в «дочку» «Люфтганзы», я перебрался в Германию, снял там жилье. Но я хотел большего, и подал документы на программу повышения квалификации в США. На тот момент я уже второй год не вылезал от психиатров, моя тумбочка дома была завалена таблетками, но я выиграл и этот конкурс. Полгода я стажировался в Аризоне, а по окончании курса перешел в головную авиакомпанию. Это был предел мечтаний, неприметный парень из эстонской глубинки, на которого даже собственные родители не возлагали особых надежд, стал вторым пилотом «Аэробуса», поселился в Штутгарте, зарабатывал приличные деньги …и горстями жрал антидепрессанты. Меня мучила адская мигрень, я страдал от бессонницы, каждый рейс был для меня испытанием и кошмаром. Я выгорел, психологически и эмоционально, на пути к мечте было так много стресса, что, когда мечта сбылась, я не уже не мог этому порадоваться. Я всякий раз заходил в кокпит и покрывался холодным потом от страха, но при этом не мог жить без полетов. Я не получал удовольствия от полета, но в то же время я жутко боялся, что кто-нибудь узнает о моем заболевании. Я посетил, наверное, всех докторов в Штутгарте, но они все, не сговариваясь, ставили мне биполярное расстройство, советовали лечь в стационар, а когда я отказывался, назначали мне повышенные дозы препаратов. Я лгал врачам насчет своей профессии, но надо мной все время довлел страх, что информация просочится на работу и меня спишут. Так длилось три года, внешне всё выглядело нормально, я держался благодаря лекарствам, и никто вокруг не замечал, что у меня проблемы. Семья мной гордилось, девушка любила, коллеги считали меня хорошим парнем, а я всем улыбался и шел к психиатру за очередным рецептом.