Этернум. Том III

Коммандер, вы уже придумали, как объяснить лейтенанту Ичиру, куда подевался «Этернум», или прибегните к чистой импровизации?

– Лейтенант Ичир – член экипажа, и он заслуживает знать правду, – безапелляционно лязгнул Рэнд, и всё тем же чеканным тоном добавил, -за исключением некоторых деталей вроде посещения «Источника блаженства» в вашей компании, капитан. Я могу быть уверен, что вы не скомпрометируете меня и энсина Бернович?

Глава

XVIII

– Никогда не ставил себе такой цели, – невинно улыбнулся наемник, – Космофлот сам себя закапывает, и сегодняшние действия Майкрофта это наглядно иллюстрируют, но лично против тебя и Альмы я ничего не имею, хотя не буду скрывать, ваше зашоренное мышление и промытые мозги меня изрядно раздражают.

– Просто пообещайте, что не станете вмешиваться в мой разговор с лейтенантом Ичиром, а с восприятием реальности мы с энсином Бернович постараемся разобраться без вашей помощи, – ригорец был по обыкновению предельно корректен, но что-то в его скрежещущем тембре заставило Шрина неохотно кивнуть.

– Вживую понаблюдать за этим цирком – тоже большое удовольствие, – хмыкнул таргоциат, – не волнуйся, я не стану публично распространяться о наших похождениях.

– Буду вам очень признателен, капитан, – недоверчиво произнес старпом, всем видом демонстрируя крайне скептическое отношения к обещаниям наемника, – энсин Бернович, к вам у меня тоже есть просьба…

– Слушаю вас, сэр! – откликнулась я.

– Несмотря на то, что мы находимся в увольнении, я по-прежнему остаюсь старшим по званию, и в сложившейся ситуации особенно важно, чтобы вы об этом не забывали, когда соберетесь проявить очередную инициативу, – сапфировые глаза коммандера Рэнда выражали непреклонную решимость навести порядок в этом хроническом бардаке, и до меня с некоторым опозданием дошло, что в последнее время я и вправду позволяю себе слишком много, – с этого момента вы подчиняетесь непосредственно мне, и только я определяю, что вам говорить и делать.

– Так точно, сэр! – истово затрясла головой я, и буквально кожей ощутила на себе полный иронии взгляд таргоциата, откровенно потешавшегося над нашими судорожными попытками действовать по Уставу.