За гранью эксперимента. Роман

Вместо того чтобы благоустраивать жизнь Марсиан, мы строим наполеоновские планы, от которых выгадает лишь маленькая кучка Фраки!

Вална нервно подпрыгнула на своём месте, в то время, как Энн поднялся во весь рост.

– Сядьте! – приказал Арио. – У вас ещё будет время высказать своё мнение на совете.

Его, не терпящий возражения тон, подействовал усмиряющее для всех. Устало, проведя ладонью по лбу, Арио заговорил:

– В самом деле, не лучше ли нам заняться более марсианскими делами. Например, вот уже пятьдесят лет устанавливается искусственная атмосфера Марса.

– Да, это так, – отозвался Энн, – разве не понятно, что эта атмосфера съедает у нас немалые средства. Мы жили сотни лет под куполами, и горя не знали. Я же прошу лишь небольшую доплату для осуществления этого поистине грандиозного проекта. Да, всего лишь один единственный полёт на Фобос отзовётся в дальнейшем большой прибылью.

– Да, Арио, – опять вступил Вен, – выложи им кругленькую сумму, и получишь флот космический в чистом виде и не для изыскательских полётов на спутники Марса, а для обычной коммерческой работы. Монополиям Фраки уже не придётся переплачивать Земле, а имея свой собственный флот, они будут грести деньги лопатой, сдирая их с граждан Марса.

– Ты против собственного флота? – спросил Энн.

– Я не против флота вообще, я просто знаю, что разговоры о желании Земли сотрудничать с нами, чистой воды блеф.

– Я точно знаю, у Землян есть виды на Фобос.

– Опять Фобос. Разуй глаза Энн. Со своим мощным флотом Земля припаркует к себе Марс вместе с Фобосом и Деймосом.

– Кто им разрешит? Их станции на спутниках давно разрушены временем.

– Вот именно, – выкрикнул Вен, – Они не нужны им! Их цели далеки от солнечной системы, их флот давно бороздит окраины галактики. Тебя неправильно информировали твои советники.

Глаза Энна побагровели, и Арио поспешил взяться за руку Вена.

– Вен, – громко произнёс он, – ты не учтив, – и тихо добавил, – где твоя дипломатия

Немного оправившись, Вен проговорил:

– Прости, Энн, я погорячился и приношу свои извинения.

Глаза Энна постепенно приобрели нормальный цвет. Стиснув зубы, он грузно сел на место.

– Господа, – нашлась, наконец, Ольга, – вы практически не угощаетесь, это неуважение к хозяйке дома.