Жена мятежного лорда

А вот в чае весь смак,– шепнул Леор. – Возьмите «мышиные ушки» – это печенье с маком. Мы постоянно сюда заходим. Кофе-то готовит хозяин, а вот чай его дочь.

Когда принесли чай Тали была поражена – дивный, насыщенный аромат мяты и брусники и тонкая сладость сахарной пудры. Она и сама не заметила, как выпила три чашки и съела все печенье.

Боевые маги только посмеивались. Они расположились за соседним столом и присматривали за подопечной, поражаясь, откуда леди Шоколадка берет таких светлых и добрых девушек.

– Леди Лантен.

Голос милорда Дарнвига разорвал сонную дрему кофейни. Тали вскинулась, сжалась как испуганная птичка. Леор встал из-за стола и закрыл подопечную собой:

– Доброго дня, милорд Дарнвиг. Леди Лантен запрещено общаться с мужчинами – требование ее жениха. А я и мои люди следим за выполнением этого требования.

– Вы не мужчины? – зло спросил Дарнвиг.

– Мой отряд славится тем, что всегда исполняет взятые на себя обязательства,– спокойно ответил Леор.

– И кто же счастливец?

– Боюсь, что не могу сказать,– сдержанно ответил Леор.

Все это время Тали стояла за его спиной. И это придавало боевому магу какой-то особенной удали.

В кафе повисла напряженная тишина – Дарнвиг не мог развернуться и уйти, проиграть обычному боевому магу. Но и храбрости настоять на своем тоже не хватало.

– Если милорду угодно выпить чашечку кофе,– ровно произнесла она,– то он вполне может сесть вот за этот столик. И, по невероятной случайности, переброситься парой слов со своей соседкой.

Леор повернулся и очень укоризненно взглянул на леди Лантен. Сам Дарнвиг отошел сделать заказ.

– Зачем?

– Затем, что хоть сила и на нашей стороне, но позднее он обязательно вам отомстит,– шепнула Тали.

– Защищать вас честь для меня, леди Лантен.

Дарнвиг устроился с удобством и с удовольствием обласкал фигуру целительницы. Он бы и не узнал о ней, если б не случайность – племянник разливался о целительнице соловьем. Мол и сильная и красивая и руки нежные – боль будто сама собой уходит. Тогда же он и решил присмотреться к девице. Которая, на его счастье, оказалась сиротой.