Жена по жребию

Никто не желает зла бастардам. Или Вы полагаете, что дети принца Винсента как-либо ущемлены? Они получают образование наравне с графскими детьми. Такое образование, которое получили и Вы, по настоянию Вашей матери. Хотя, на мой взгляд, девице достаточно уметь читать. И то для некоторых особ это лишнее.

– К чему Вы ведете?

– Вам нужно сделать громкое заявление, публично отречься от ребенка. Вот и все. Вы можете ничего не менять в жизни, он живет в Ваших покоях – пусть так. За императорский стол его не пустят, но в малой столовой накроют.

– А там бастарды принца Винсента. Я поняла Вас, госпожа Маал. Но беда в том, что я не буду предавать сына даже в малом. И самое главное, я чужая невеста, почти жена. И что бы ни происходило здесь, признали моего сына существом или человеком, это ничем не поможет нам во владениях моего мужа. Так к чему все это?

– Если Вам придется вернуться…

– Если мне придется вернуться, возвращаться я буду в свое графство. Не забывайте, я графиня. И мне есть куда идти.

– Вас изгнали.

– По личному распоряжению Императора, касающемуся его дочери и принцессы. Но после замужества Император утратит надо мной отцовскую власть, приобретя взамен власть сюзерена. Вам стоило бы больше читать, госпожа Маал. Все, что произойдет в герцогстве, пойдет на пользу. Иду, Рой.

– Мам, можно я сяду на первое сиденье?

– А я тоже хочу, – улыбнулась Армин.

– Ну-у, ма-ам, – протянул якобы обиженно Роуэн.

– Давай, ты ко мне на коленки сядешь? А госпожа Маал поедет в салоне, это как раз соответствует ее титулу и положению.

– Она плохо пахнет, – свистящим шепотом сообщил ребенок.

Армин прикрыла глаза, пережидая свойственный матерям приступ острого стыда за детские перлы, и неопределенно пожала плечами. Госпожа Маал пахла отвратительно, для оборотня. Смесь химических притираний, застарелый пот и нестиранная верхняя одежда. Но кто она, Армин, такая, чтобы делать замечания воспитательнице венценосных отпрысков? Никто, и звать ее изгнанница. А посему, стоит просто немного перетерпеть.

Поездка удалась. Шофер позволил Роуэну активировать пентаграмму, запускающую двигатель. Ребенок сияющими от счастья глазами смотрел по сторонам, оглядывался на скорбно замершую госпожу Маал, задавал с полсотни вопросов. И в итоге выдал тот, что тревожил его больше всего:

– Мы обидели тетеньку?

– Нет, дорогой. Тетенька получает очень хорошую зарплату и не обижается на маленьких детей, – Армин улыбнулась и бросила взгляд назад.