Сагертская Военная Академия

– Может, мы напишем алворигу Солсу, что это редкое фамильное заклятье? – мрачно спросила я и помассировала шею. – Уже десятая ромашка лепестки отбросила!

– А что вы будете делать, когда вновь попадете в казематы? – с нескрываемым интересом спросила Меровиг.

– Мы туда не попадем! – возмутилась Нольвен.

– Да вы вроде и в этот раз не собирались, – бабушка флегматично пожала плечами, – но ведь попали.

– Так-то да, – вздохнули мы с лисонькой в унисон.

– Попробуйте перестать считать и начните думать, – посоветовала Мера и встала, – мы с алворигом Нортренором идем на прогулку, к морю.

У вас два часа на все.

– А что потом? – настороженно спросила я.

– А потом у вас собеседование с ректором Сагертской Военной Академии. Я не предупреждала?

– Нет, – обиженно произнесла я.

– Ну, значит, предупредила. – Мера пожала плечами и встала. – Давайте, девочки, думайте, прежде чем за таблицы хвататься.

Дверь библиотеки захлопнулась, и в этот же момент Лилей высунулся из своего горшка.

Удивительно, но цветок мог полностью зарыться в землю. Хотя, возможно, ему это удавалось из-за священного трепета перед бабушкой? Мера этим утром долго и вдумчиво беседовала с Лилеем и, как мне кажется, обрисовала ему его яркое, но недолгое будущее, если он применит к нам свой яд.

– Почему мне кажется, что ей известно заклятье, которое нам нужно? – мрачно спросила Нольвен и положила голову на скрещенные руки.

– Кажется? Да я в этом уверена! Бабушка и ее экстремальное обучение.

 – Вздохнув, я встала из-за стола и повела плечами. – Может, по чаю?

– Ага, по чаю, – буркнула моя лисонька и подтащила к себе ворох таблиц с классификацией всех общеизвестных заклятий. – Скажи еще – с печеньем.

– Можно и с печеньем, – я пожала плечами, – почему нет?

Нольвен укоризненно посмотрела на меня и наставительно произнесла:

– Потому что под чаек с вкусняшкой время летит втрое быстрей. Оглянуться не успеешь, а уже пора на ковер к ректору Аделмеру.

Чай – это магия, пожирающая время.

– Но ведь оттого, что мы бессмысленно пялимся в таблицы, ничего не меняется. Лилей, у тебя есть идеи?

Цветок забавно напыжился, а после изобразил тяжкий вздох. Ясно, идей нет ни у кого. Хотя…

– Знаешь, – я села обратно за стол, – стоит набросать письмо алворигу Солсу.

– С надеждой на ухудшение его зрительного нерва? – с интересом спросила Нольвен.

– Нет, – я улыбнулась, – с чистосердечным признанием.