Запечатанное счастье

Девочки тут же заозирались и, глядя сквозь черную зверюгу, тут же отчитались:

– Только Василинка из юротдела. Та еще собака женского рода. Ты про нее?

– Д-да. – Я потерла глаза, но синеглазая зараза никуда не делась.

Больше того, она подошла вплотную и положила морду мне на колени. Что я могла сделать? Только одно – смириться с глюками и позволить им стать еще более странными. Со вздохом я протянула ей пирожок с мясом и шепнула:

– Ешь, тебе нужней. Я-то хоть работать могу.

Волчица слизнула подношение в один миг.

И в этот же миг исчезла. Я только успела убедиться – живот у нее ввалился, мне не показалось. Это было заметно еще во сне. И ведь что интересно, шерсть густая, лоснящаяся, а живот впалый, и если примять шерсть, то можно прощупать ребра.

До вечера я доработала как в полудреме. Несколько раз видела волчицу, но внимания не обратила. Надо проверить, что мне там в аптеке дали – все же снотворное может иметь самые разные последствия. Тем более что девушка продала мне его только после душераздирающей истории о супружеской постели и двух козах в ней.

По дороге домой заскочила в магазин и долго смотрела на сардельки. Купить или нет? Волчица трусила следом за мной, а еще на нее начали оборачиваться люди. Так, может быть, это не галлюцинации? Тогда ее стоит подкормить, а то вдруг нападет на кого-нибудь? Голодные собаки, между прочим, сбиваются в стаи и рвут людей. Одна волчица – это, конечно, не стая. Но все же, все же.

Выйдя из магазина, я выругалась – синеглазая напасть куда-то пропала.

Оставила после себя только следы и перепуганную бабульку. Та судорожно крестилась и бормотала, что волки в центре города – это не к добру. Признаваться, что эта волчица шла следом за мной, я не стала.

Перед тем как открыть дверь, я осмотрелась по сторонам: волчицы не было. Что ж, не больно-то и хотелось.

– Съезжу в питомник и куплю щенка хаски, – решила я.

В нашей квартире царила какая-то подозрительная тишина. Странно, а где соседка? Она как три комнаты выкупила, так и ждет, пока я мамино наследство продавать начну, каждый раз выходит к порогу за какой-нибудь надобностью.

А тут – тишь да гладь. Хотя, может, в смену вышла? Так-то не должна, но мало ли.

Хотя не стоит говорить «наследство», когда человек живет и здравствует. Просто мама вышла замуж, приняла нового ребенка как своего и переехала с мужем во Францию. Мне осталась комната, небольшие сбережения и прекрасное образование. Я не в претензии, просто немного одиноко.