Невеста темного колдуна. Маски сброшены

 – У нас обоих хорошие щиты, но и у тех кто остался они не хуже.

– Я тоже так подумала,– кивнула Тирна. – Ой, жжется!

Оказывается Тирна запихнула свою золотую пластинку в рукав и теперь судорожно ее вытаскивала. Грета же оставила ее на столе в комнате, потому просто с любопытством наблюдала за подругой.

– Тут что-то проявляется,– прошептала Тирна. – Ну-ка, давай же скорее, пока я тут не умерла, проявляйся полностью! Грета, прочти ты, я не могу, я боюсь!

Когда мэдчен Линдер взяла пластинку, та еще была горячей.

– Эйта Тирна Краст из города Цал-Диртанн,– прочитала Грета.

– Спасибо, подруга, это я и так знаю,– закатила глаза та,– дальше-то что?

– Ничего,– пожала плечами мэдчен Линдер. – Абсолютно ничего.

На пластинку эйта Краст посмотрела как злейшего врага, но убирать обратно в рукав не спешила. А ну как снова раскалится? И что, опять терпеть боль из-за ерунды?

Грета посмеивалась, глядя как лихо расправляется с кашей Тирна. Вымещает злость на ни в чем не повинной овсянке.

– Идем скорей, хочу посмотреть на твою пластинку.

– Да я и так могу сказать, что там написано,– удивилась Грета.

– Пра-авда? – округлила глаза Тирна и шепотом добавила,– Линдер, Ферхара или Ринтар? Или Ринтар-Ферхара? Или…

– Стоп,– поспешно ответила мэдчен Линдер. – Стоп. Все, теперь и мне интересно. Правда, от бабушки никаких вестей, а с Алистером мы ни договора, ни брачных обязательств не подписывали.

– До сих пор не веришь, что замуж вышла?

– Замужество это не слова, а действия,– серьезно ответила Грета и встала из-за стола.

– Что немало,– хмыкнула Тирна и последовала за идущей к выходу подругой.

– Что очень много, но несколько не то,– прикусив губу, Грета попыталась объяснить то, в чем сама была не очень уверена,– понимаешь, мне кажется, нам с Алистером нужно больше видеться. И я хочу этого. Я, в конце концов, имею право – жена все-таки, тем более, что он сам это подтвердил.

– Так ты же сама это предполагаешь? Только что же сказала, что вся эта чехарда…

– Я боюсь, что он скажет, а я не поверю,– тихо-тихо выдавила Грета.

– Ну и дорфня же у тебя в голове, подруга. Мне, если честно, не очень приятно это говорить, но некроманту я сочувствую.