Траарнская Академия Магии. Поступить любой ценой

– Самый лучший отец, – уверенно ответила Иржин. – Ты ведь мог принять его сторону, не мою.

– Какие глупости! Дочь у меня одна. Продавать родную кровь за деньги – последнее дело. Вот мы и прибыли. Ну ты посмотри, наша мама сидит в саду. Сказал ведь, что все будет хорошо. Нет, переживает.

Сверху был виден вынесенный в сад стол, покрытый светлой скатертью, и три стула, на одном из которых сидела леди Дарина дер Томна. Над ней висел светлячок, а в руках леди сжимала книгу. Но и отец, и дочь знали: вряд ли леди прочитала хоть строчку.

С тех пор, как Валдерис начал добиваться Иржин, леди Дарина потеряла покой.

– Все переживают, – буркнула Иржин, – знать бы ещё, с чего он в меня вцепился!

– Ты красавица, сильная колдунья, – задумчиво отозвался Тевон.

– Я хороша, – спокойно сказала Иржин. – Но не настолько.

Лорд дер Томна ловко направил лендвинд к ангару.

– Когда ты была маленькой, на твои шесть лет мы давали прием. – Лорд дер Томна опустил ленвинд на площадку и помог дочери спуститься. – Помнишь?

– Это было ужасно, – кивнула Ирж и прикрыла рот ладонью, – уай, я уже зевок не могу удержать.

Спа-а-ать. К маме, а потом спать. Не будите меня днем. Только если на похороны Валдериса.

Тевон усмехнулся в густые усы, помог дочери спуститься на землю и продолжил:

– Валдерисы тогда были не столь влиятельны и посещали все, даже самые сомнительные, рауты. Так они оказались у нас. Это был последний прием, который мы давали. Гидеону тогда было семнадцать. Его отец пошутил, что для парня подрастает невеста.

Помнишь, что ты на это сказала?

Иржин удивлённо посмотрела на отца:

– Смеёшься? Я о самом приеме помню только то, что платье было неудобным, жарким и длинный подол путался в ногах. Отвращение к платьям у меня оттуда.

Они вышли к саду, и вокруг тут же засияли крошечные огоньки. Это заклятье придумала леди Дарина, когда Иржин была совсем ребенком. С тех пор эти маленькие искорки стали частью их повседневной жизни.

– Мы тогда все посмеялись, – невесело усмехнулся Тевон.

 – С истинно детской непосредственностью ты прошлась по внешности Гидеона и заявила, что умрешь старой девой, лишь бы не становиться его женой. Это слышали много людей – и парня подкалывали до конца вечера.

Иржин поперхнулась смешком. Да, порой у нее язык срабатывал быстрее мозга. Но ей же было всего шесть лет, неужели он мог затаить злобу?

– И что, спустя четырнадцать лет он решил жениться из-за детского лепета избалованной малявки? – усомнилась Ирж.