Есть ли жизнь после отбора

– Пф, – Тина закатила глаза, – он дежурил здесь, тряс меня на предмет необходимого. Я слышала что-то вроде: «Нет ничего, чего я бы не смог добыть, купить, украсть». Последнее пугает на самом деле.

– Я думаю, это было художественное преувеличение, – успокоила я подругу.

– Угу, угу, – покивала Тина. – Я не хочу лезть в ваши отношения, поскольку я оценила то, как ты ведешь себя со мной и Мароном. Но… Ты была разбита им вдребезги. Не то чтобы я хотела, чтобы вы поссорились: у тебя горят глаза сейчас. Но умоляю, вытряси из него все.

Обняв подругу, я шепнула:

– Так и сделаю.

Тина не дала мне отстраниться и смущенно шепнула:

– И попробуй убедить его пройти обследование. У меня или в столице.

– А что? – Я с ужасом представила себе страшную рану, от которой Кристоф медленно умирает.

Подруга же, отстранившись, поделилась откровением:

– Он говорит со своим рукавом. Это может быть предвестником серьезного заболевания!

Поперхнувшись смешком, я рассказала Тине про леди Тиль-таэль и ее чудесные свойства.

– Ничего себе, – подруга присвистнула, – ничего себе. Хм.

– Боюсь, Гамильтон считает тебя частью своей стаи, и если он кому тебя и отдаст, то только одному из своих племянников, – я поспешила разочаровать ее.

– А я была бы рада, – поделилась подруга. – Один смышленый малыш погрыз, пока читал, половину моих конспектов. Майло, оказывается, очень хочет стать целителем. Но в Псовьем Мире этому обучают только девочек.

– Тогда, я думаю, ты просто обязана обсудить это с Гамильтоном, – пробормотала я и вышла из комнаты.

По дороге я пыталась вспомнить, был ли среди малышей хоть один Майло. А после оставила эти бесплодные размышления: шилопопых хвостиков было слишком много. Так что, даже если я видела Майло, запомнить его не получилось.

Последний виток вычурной лестницы, и я оказываюсь прямо перед Кристофом. Он выглядел устало. Под глазами залегли тени, а между бровей застыла скорбная морщинка.

– Здравствуй, – он улыбнулся и протянул мне руку, – как ты?

Чуть не запнувшись, я все же смогла спуститься, а не скатиться по последним ступеням. На Кристофе простая, удобная и немаркая одежда. Любого другого аристократа она бы сделала незаметным, но он… Он выглядел настоящим, живым. Опытным магом и воином. И для меня это лучше любого бархата или шелка.

– Здравствуй, – выдохнула я. – Нормально. Способ лечения не понравился, но это и неудивительно.