Единственная для Хранителя Закона

Это оказалась плоская костяная бляшка с выбитыми на ней цифрами. Одиннадцать.

– Здесь всего одиннадцать комнат, да. Так, нам на второй этаж. Я жил в десятой, – Гел усмехнулся, – это было интересное время.

Комната оказалась очень уютной. Широкая кровать пряталась за плотными портьерами, а еще в комнате был массивный платяной шкаф, два стула, стол и стоящая на нем лампа.

– Вот. – Гел вытащил из кармана наши уменьшенные чемоданы и вернул и прежний размер. – Пусть Судьба будет милостива к вам и сплетет вашу нить без узлов и петель.

– Спасибо, – звонко ответила Деми.

– Большое спасибо, Гел. – Я присела перед мужчиной в глубоком реверансе. – Без вас мы бы пропали.

– Прекратите. – Он поднял меня. – До встречи, квэнни Эйлин, квэнти Демельза.

Глава 3

На разбор вещей мы потратили целый день. Тогда-то я и поняла, что мое состояние в тот вечер было далеко от нормального. Потому что среди своих платьев (аж трех) я обнаружила две глиняные кружки, две ложки и две тарелки.

И нет, в принципе, разумно взять с собой посуду: денег лишних нет, чтобы сервизами обзаводиться, вот только… Вот только это были те кружки и тарелки, которые я предназначила на выброс – со сколами, с потрескавшейся и потемневшей эмалью.

– Не переживай. – Рядом присела Деми. – Я же с тобой, а ты говорила, что я – солнышко!

– Да, – я обняла дочь и прижалась губами к родной макушке, – ты – солнышко.

– А значит, приношу счастье и здоровье!

– Здоровье?

Деми отстранилась и, приняв забавно-взрослый вид, напомнила:

– Ты же сама говорила, что находиться на солнце полезно.

– Да, прости, забыла, – улыбнулась я.

– Ничего, ты же уже взрослая, взрослые часто забывают, – покивала моя малышка с важным видом. – Но у тебя есть я. Кстати, когда мы будем шить куклу?

– Вот разберем вещи и посмотрим, – улыбнулась я.

Ничего лишнего не нашлось, и шитье было отложено на дальнюю полку.

– Малыш, сейчас мы с тобой выйдем наружу. Надо поискать работу для мамы. Тебе нужно будет поиграть в молчанку, ладно?

– Ты опять будешь работать по ночам? – насупилась Деми.

– Вот, – кашлянула я, – об этом и речь. Молчи, пожалуйста, ладно? Ночных работ очень много, и другие люди, взрослые люди, могут подумать… Могут подумать, что я работала на плохой работе.