Парижская тайна, или Истина в вине

– Да что вы такое говорите, Дмитрий Александрович! Как можно!

– Тогда что же это за собаки такие? Какой-то особой, доброй породы? Где вы их взяли?

– Собаки нормальные. Злющие, мы их сами боимся.

– Тогда что с ними случилось этой ночью?

– Может, она секрет какой знает? Или заговор.

– Дурак, – бросил Воронов. – Еще какую-нибудь чушь скажи. Как она вошла? Через забор перелезла? В модельных сапожках? Или сама Никита сюда пожаловала? Коньячку выпить захотелось?

– Зачем через забор? Она вошла в заднюю калитку.

– Она же всегда заперта! – заорал Воронов.

– В том-то и дело. Заперта, да. И сейчас заперта. Но следы ведут через пашню к калитке и возле нее обрываются. По нашу сторону нашлепки грязи на тропинке. Дамочка вошла и ногами потопала, сапожками модельными, чтобы грязь с них стряхнуть. Судя по тому, что грязь подсохла, дело было вчера вечером, не сегодня поутру. Она вчера приехала. Машину, видать, оставила в деревне. Или на рейсовом автобусе добралась.

– А потом куда она делась?

– А я почем знаю? – развел руками начальник охраны.

– Значит, кто-то ее впустил. У нее был сообщник, господа! – заявил Воронов гостям. – Кто-то в замке. Но кто?

Ответом ему было молчание.

– Коля, твои парни вне подозрений? – вновь накинулся Воронов на начальника охраны. – Может, к кому-нибудь из них любовница пожаловала?

– Дмитрий Александрович! – взмолился тот.

– Тогда кто?

– А я почем знаю? У гостей своих спросите, – сказал детина, глядя в потолок.

– Дмитрий, ты что, нас подозреваешь?! – вскрикнула Елизавета Петровна.

– А что мне остается? Вчера приехали вы, и ночью же на территорию проник посторонний, которого сюда впустили. Что мне остается, господа?

– Уж не думаешь ли ты, что мы хотим тебя обокрасть? – зло спросил Сивко.

– А чего вы тогда от меня хотите? Чего?!

– Это ты от нас чего-то хочешь, – негромко сказал Таранов.

– Я пригласил вас в гости. А вы чем ответили на мое гостеприимство? Воспользовались моментом, да?

– Нам всем надо успокоиться, – устало сказала Елизавета Петровна. – Успокоиться и подумать.

– Некогда думать, – резко сказал Воронов. – Надо ее найти. Эту женщину.

– Постойте, господа, – сообразил вдруг Таранов.