Элион Ватсон и последнее заклятие

– «Основы эретомагии: материя через призму преобразования материи», – прочитала она, – многообещающее название главы. Сочувствую.

– Не понимаю почти ничего, – печально поведала Лисси, – через слово лезу в словарь.

Элион посмотрела на высокую неровную стопку пёстрых книг, громоздившуюся по правую руку от Лисси, и, на всякий случай, укрепила её заклинанием, чтобы не шаталась.

– Зачем залезать в такие дебри? – сказала волшебница шести стихий, – Эретомагия – сложная ветвь волшебства, она неподвластна обычным волшебникам материального уровня.

Как ты будешь писать практическую главу? Оставь эту тему Мэрионе.

Лисси зябко повела плечами и оглянулась на свой посох, стоящий подле неё, прислонённый к столу. Навершие посоха, которое у Лисси было в виде трилистника, тотчас засветилось, и послышался звук открываемой двери. Элион увидела, как к Лисси летит шерстяное одеяло, а дверь аккуратно закрывается.

– Хочу понять, как возникла эретомагия, и разобраться в её законах. Мне это интересно.

– Звучит так, будто ты сама себя в этом убеждаешь, – негромко сказала Элион, наблюдая, как Лисси кутается в одеяло, – насколько я знаю, у профессора Полаева ещё есть места для дипломников. Твои зелья с первого курса превосходили зелья Биотрисс.

Магесса ободряюще улыбнулась Лисси и вышла из гостиной.

Молчаливое соперничество с Биотрисс рано или поздно доведёт Лисси до нервного перенапряжения. Успеваемость у них была равной, с той только разницей, что Биотрисс училась с удовольствием.

Она любила возиться с древними рунами, разбираться в сложных магических узорах или зельях, выводить формулы заклинаний. Лисси же постоянно приходилось себя заставлять.

«Пожалуй, ещё вопрос, кто из этих двоих проделывает большую работу над собой», – размышляла Элион.

Сойдя с широкой посеребрённой лестницы, она вышла на «эльфийский» мост, соединяющий золотой корпус с серебряным. Мост являл собой изящную и на вид очень хрупкую галерею аркообразных сводов, похожих на сплетённые ветвями деревья.

Весной на мосту оживал плющ, оплетающий изгибы перил, и расцветал пышным цветом, отчего облитая солнцем терраса ещё больше походила на эльфийский сад.

– Доброе утро, профессор! – неслось со всех сторон.

Где бы Элион не появлялась, её тотчас окружали младшекурсники. Вот и сейчас она оказалась в кругу любопытных. Их лиц она не знала – это были новички, прилетевшие в Чаромагис вчера утром и наверняка уже успевшие облазить весь замок за сутки.