Оранжевое вино

Илия все время перебирал пальцами, будто что-то ощупывал. Коротко остриженные ногти, чистые розовые лунки, полное отсутствие кутикулы. Инна даже заподозрила, что Зубаридзе посещает маникюршу.

«Что же мне это напоминает? – мучительно думала она. – Будто я не в модном ресторане, а в кабинете у стоматолога». У нее невольно заныли зубы.

В чувство ее привел голос Анны:

– Знакомьтесь. Илиа Зубаридзе, винодел. Илиа, это Инна, блогер из Москвы.

– Очень приятно, – Зубаридзе растянул губы в резиновой улыбке.

Инна заметила, как при слове «Москва» он напрягся.

– Мы раньше не могли встречаться? – вдруг спросил Зубаридзе.

Инна была уверена, что видит его впервые. И отрицательно качнула головой.

– Кто вы по профессии? – продолжал допытываться винодел. – Блогер – это ведь хобби?

– Я работаю в крупном издательстве, – сказала Инна и увидела, как расслабился Зубаридзе. Похоже, отлегло. Но чего он так боится? Или кого? Это было похоже на допрос.

– И как вам мое вино? – требовательно спросил винодел, присев напротив.

– А почему вдруг «Лилит»? – не удержалась она.

– Вас шокировало название? – понимающе спросил Зубаридзе. – Лилит – первая возлюбленная Адама. Строптивая, независимая, гордая. Ее отправили за это в ад, а взамен Адам получил покорную Еву. Мое вино тоже строптивое, вы не находите?

– Скорее, развратное. – Инна засунула нос в бокал, потом сделала малюсенький глоток. – Хотите узнать мои ощущения?

– Конечно! – Зубаридзе подался вперед. – «Лилит» – это моя гордость! Это шедевр, – сказал он нежно.

– Оно, безусловно, яркое, нарядное, но я не случайно назвала его развратным. Оно манкое, как женщина легкого поведения, аромат, как у дорогих духов, мускусный, терпкий, но это на первый нос. Когда вдохнешь поглубже, ощущается, вы меня извините, запах немытого тела. И дорогие духи нужны для того, чтобы его скрыть.

– Хорошо, не сказали, запах дурной болезни, – скептически хмыкнул Зубаридзе.

– Я не хочу вас обидеть. А когда сделаешь глоток, – тем не менее, безжалостно продолжала Инна, – сначала, конечно, эйфория. Богато, чувственно. Ошеломляет. Но шлейф короткий, радость проходит быстро, как во время полового акта с проституткой. И во рту становится кисло. Второй глоток дается уже с трудом. Но эффект первого еще держится. Это как тяга к запретному.

– Сразу видно, что вы работаете в издательстве.