Княгиня Серебряная

А по-простому от наглости. На вид девчонке было лет пять.

– Возьмите ее, – и женщина тяжело вздохнула. – Она шустрая. По хозяйству может. Полы там подтереть, посуду вымыть. Вы не смотрите, что маленькая. Ей уже семь.

Аликина растерялась. Оказывается, наниматься уборщицей привели маленькую девочку! Но как такое возможно?!

– Извините, но нет. – Светлана Борисовна почему-то смутилась.

– А куда мне ее? Мать недавно снова замуж выскочила. За молодого. А у меня еще двое внуков, от сына. С ним я и живу.

– А где ее отец? – кивнула Аликина на рыжую кроху.

– Да кто ж его знает. Может, сидит, а может, и помер. Пил он крепко. А новый муж моей дурехи на пять лет моложе. Непутевая у меня дочка, пьет, гуляет. На кой ей ребенок? На улице ведь внучка вырастет. В синяках вся приходит. Что дальше-то будет? – и женщина снова тяжело вздохнула. – Пожалейте девчонку.

– А почему ко мне-то?

– Я работаю неподалеку. Отпросилась вот. Меня с вахты к вам послали. Хоть до вечера возьмите, пусть у вас посидит.

«Ну, спасибо тебе, тетя Маша, – всерьез разозлилась Аликина на вахтершу, – надо сказать, чтобы этого больше не повторялось. У меня секция фигурного катания, а не проходной двор. И не продленка для трудных детей».

– Сколько ей лет, говорите? – попыталась найти лазейку для отказа Светлана Борисовна.

– Семь.

– Поздно уже. В фигурное катание лучше пораньше приходить. Лет в пять, а некоторых детей и в четыре года родители ко мне приводят.

– Да куда она там переросла! Вы на нее гляньте!

– Да я все вижу, – теперь уже тяжело вздохнула Аликина и нагнулась к девочке: – Как тебя зовут?

– Лада Воронцова! – неожиданно звонко ответила та.

– Ты хочешь заниматься фигурным катанием, Лада?

– Я хочу красивые платья и шоколадных конфет! – выпалил ребенок.

– Не пойдет, – повторила Аликина. – У ребенка, похоже, сложный характер. Как она учится?

– Плохо, – призналась бабушка.

Лада внезапно отбежала в сторонку и села прямо на затоптанный пол.

– Хорошая координация, – задумчиво сказала Аликина. – И болевой порог высокий. Она ведь на попу упала и словно не почувствовала. Тебе было больно? – с любопытством спросила она у Лады.

– Не-а. Мамка больнее бьет.

Бабушка Лады смутилась.