Огненная лилия

…Она же искала покоя и возможность уединиться, побыть вдали от городской суеты, поэтому весь субботний день пряталась в своем домике, где занимала мансарду на втором этаже. И весь день думала: «Ведь когда-нибудь это закончится?» Пробовала читать, но за окном визжали девицы, то и дело раздавался пьяный смех и звучали путаные тосты. Музыка гремела до утра, несчастная женщина так и не сомкнула глаз, пока компания не разошлась. А утром встала невыспавшаяся, с головной болью и пошла на речку умыться. Вода была чистейшая и такая холодная, что сразу освежала.

Женщина осторожно спустилась с крутого берега к реке, где густой кустарник скрывал ее от людских глаз, присела на корточки и зачерпнула ладошкой воду. Плеснула на лоб, на щеки, и головная боль вроде бы прошла. Было свежо и тихо, женщина коротко вздохнула и присела на траву. Уходить не хотелось.

– Теперь можешь говорить, – раздался вдруг мужской голос.

Женщина вздрогнула от неожиданности и хотела было подняться, но сразу не получилось, ноги затекли.

– Я понимаю, что ты больше ждать не можешь. Я тоже не могу… – Она поняла, что мужчина говорит по телефону. Голос у него был низкий, и говорил он тихо. – Да, понимаю… Погоди, погоди, погоди… Я же сказал, что вопрос решу!

«Фу ты, как неудобно! Еще подумает, что я подслушиваю!»

Женщина замерла. Он, кажется, идет к понтону, на пляж, говорит по мобильному телефону. И пусть себе идет.

– Убить лучше здесь.

Она похолодела.

– Нет, сейчас не получится, народу много. Заехала шумная компания, заняли четыре домика. Они повсюду, могут помешать. Лучше сделать это на неделе. Во вторник. Да, во вторник. Я уверен. Я иду смотреть место. – Теперь мужчина говорил отрывисто, и невольная свидетельница, почти прижавшись к земле, сидела, дрожа. По понтону шел убийца! Во всяком случае, он собирался это сделать и спокойно обсуждал убийство кого-то по мобильному телефону!

«Он ведь уверен, что его никто не слышит.

Загудел понтон. Мужчина шел на островок, где находился песчаный пляж.

– Значит, договорились: во вторник.

Эти слова она едва разобрала, потом все стихло, и гул понтона тоже. Женщина подождала какое-то время, потом с опаской вышла из своего укрытия. Ей было так страшно, что минут пять она почти ничего не соображала.