Нить Ариадны

И она какого-то Сергея Петухова не приглашала. Кто он такой? Мой муж все время где-то работал, но маму это не впечатляло. И сейчас Заяц Петь не сидит без дела. Его должность каждый раз состоит из нескольких слов, ключевое из которых «менеджер». Менеджер по чему-то там. Или какой-то менеджер. Менеджер где-то там. Перебирая визитные карточки мужа, я каждый раз пытаюсь понять смысл его работы, и до меня все никак не доходит.

– Ты что-то продаешь? – спрашивала я Петя каждый раз, как только он устраивался на новую работу.

– Нет.

– Берешь на работу людей?

– Нет.

– Занимаешься рекламой?

– Нет.

– А что ты тогда делаешь?

– Я решаю вопросы.

– Какого рода эти вопросы?

– Ты все равно не поймешь.

– Я глупая?

– Далеко нет.

– Тогда объясни, пожалуйста…

Тут Петь обычно зажимал мне рот поцелуем. И я думала: в самом деле, что мне до его работы? Он ведь пытается всучить мне деньги. И когда он мне нужен, Петь всегда под рукой.

– Твой муж типичный бездельник, – сердито говорила мать.

– Он на работе с десяти до шести.

– Тогда конечно. Незаменимый человек. С десяти до шести. – И губы ее презрительно кривились.

В общем, вы уже поняли, что они не ладили. Так же как и мы с Егором. Мама не ладила с Зайцем Петем, я с ее любовником, папа от нас съехал, чтобы этому не мешать, куда ни посмотришь, полная гармония. Мы вовсе не были несчастными до того момента, как зеленоглазый красавчик Егор неудачно упал на садовый нож. Вот с этого все и началось…

Но заметила я это, когда…

Господи, когда же я это заметила? Когда в лобовое стекло моей машины влетел камень? Я попыталась изменить свою жизнь с того, что села за руль.

Права у меня были всегда, но на машине ездил Петь. Он ведь работал с десяти до шести, а я до полудня валялась в постели. У нас никогда не было домработницы, зато она была у моей мамы. А я…

Я старалась жить согласно своей полезности для общества. Поскольку она равна нулю, то я не считала возможным иметь не то что домработницу, даже вторую машину.

Я этого не заслужила. Но когда умерла мама, у меня их оказалось целых две, и с обеими надо было что-то делать.

Первая мысль была: продать. Но я не в состоянии переварить столько денег сразу и сказала об этом Петю.

– Хорошая мысль, – кивнул он.

– Так на чем мне ездить?

– Ты давно это заслужила.

Он всегда понимал меня с полуслова. Разумеется, я хотела знать, можно ли мне ездить на «Бентли»? И он сказал: можно.

Первое впечатление было ужасное.