Метель

Как все, мечтала выйти замуж за москвича, и вот вам, пожалуйста! В степи, в деревянной церкви, с простым деревенским парнем… И двух часов не прошло, как познакомились!

– Замерзла?

Муж обнял ее за плечи, крепко прижал.

– Где же вас положить, молодые? – спросила Алена. – Места во флигеле немного, а у вас, как-никак, первая брачная ночь! А в храме негоже.

– Пить тоже негоже, – усмехнулся Жора. – Однако батюшка не возражает.

– То ж пить, – покачала головой его сестра. – Холодно ведь. Что делать-то будем, а? В автобусе, небось, замерзнете.

– А до завтра подождать нельзя? – спросила Маша.

– Не… Никак нельзя, – она почувствовала на своей шее, возле уха, горячие губы законного супруга. – Я что, зря женился?

Ее легонько укусили за мочку уха.

– Ты это кому сказала! – рассмеялась Алена и толкнула ее в бок. – Это ж мой братец! Жеребец! Повезло тебе, Мария! Крепче и слаще него никто любить не будет!

Маша почувствовала, как ее щеки заливает краска.

– Не слушай ее, – жарко зашептал на ухо Жора.

«Детей! – вспомнила она. – Да я ведь его обманула! Он же ничего не знает о ребенке! О моем ребенке! Что же теперь будет?!» Ей стало стыдно.

– Эх! – сказала Алена. – Выпивка есть, а вот закуски маловато! Да ничего! Продержимся до утра! А как дорогу расчистят, веселым пирком – да за свадебку!

– А пойдем в машину! – предложил вдруг Жора.

– Куда?

– В машину. Хочешь к тебе, хочешь ко мне, в «Волгу».

– Первая брачная ночь в машине? – рассмеялась она.

– А чем плохо? Ты ведь шампанского хотела!

– А что, есть еще?

– А как же! Эй, шампанского прихвати! – крикнул Жора вылезающему из автобуса мужику. – И фужеры!

Маше вдруг стало весело. Жора за руку потащил ее с крыльца, схватив по дороге бутылку шампанского и фужеры из рук посланника.

– Молодые, вы куда? – крикнул из темноты кто-то из гостей.

– На кудыкину гору!

– Не трожь их. Авось и сладится.

Маша прижала к себе сумочку, в которой лежало свидетельство о браке.

– Идем ко мне? – предложила она. – Машина большая, теплая, бензина в баке достаточно. Наверное, не замерзнем.

Он прислушался и сказал:

– Странно… Ты слышишь? Ветер стих. И снег больше не идет. Тепло, тихо…

В воздухе, и впрямь, кружились теперь лишь редкие снежинки. Метель, словно по волшебству, унялась, облака поднялись. Вот-вот выглянет луна.