Мечты, присыпанные пеплом

Она не могла сказать ни слова, стояла, как рыба, внезапно оказавшаяся на суше, безмолвно открывая рот. Сердце замерло, потом забилось бешено, потом опять замерло. В глазах потемнело, и Валиде покачнулась. Она бы упала, если бы не служанка, которая подхватила Кёсем-султан с криком:

– Лекаря! Скорее! Валиде плохо! Спаси нас Аллах! Она умирает!!!

Ибрагим наслаждался сценой. Его зрачки так и впились в мать: неужели? Она сейчас его освободит! Но Кёсем-султан быстро пришла в себя. Она через силу вздохнула и, преодолевая боль в груди, заставила себя сделать еще один глоток воздуха, и еще… Не надо, чтобы кто-то видел ее слабость.

– Прочь! Схватить эту дерзкую и казнить! Немедленно! – она указала на коленопреклоненную Нану. Евнухи держали ее крепко.

Анна невольно сжалась: ну, вот и все. Если эта пожилая, но красивая и статная женщина с короной на голове заметит и ее, то в Ворота Мертвых скоро вынесут обеих: и грузинскую княжну, и ее подругу.

И в этот момент Ибрагим разжал руку, которую уже с минуту держал за пазухой, и со второго этажа, кружась, полетел фиолетовый платок. Он упал аккурат между Кёсем-султан и Наной, и она удивленно посмотрела сначала наверх, на полного бородатого мужчину со странными блестящими глазами, а потом на женщину, так похожую на ее мать. Которая и кричала на Нану, как ее мать. И грозила, что не даст ни еды, ни воды. Эти матери все, похоже, одинаковы.

– Возьми платок, быстро, – шепнул ей на ухо один из евнухов. – Это твое спасение.

Нана проворно схватила красивый платок и уткнулась в него носом. Он пах чем-то сладким и в то же время возбуждающе. От этого запаха приятно закружилась голова. Евнухи помогли Нане подняться.

– Нет! – гневно топнула ногой Валиде. – Этого не будет никогда! Пока я твоя мать – не позволю!

– Пока еще я здесь султан, – насмешливо сказал ей сверху Ибрагим. – И это мой гарем. Мои женщины. И эта женщина – моя! – указал он на Нану.

– И ты посмеешь этой девчонке унизить свою мать?! – ахнула Кёсем-султан. – На глазах у всего гарема?!

Ибрагим молча повернулся к ней спиной и пошел в покои Шекер Пара. Которая тоже слышала крики, но послала узнать, что случилось, служанку, сама не пошла. Султанша устала после долгой прогулки в саду и теперь лежала, лениво поедая любимые сладости.