Капкан на мечту

Даже о страстной ночи любви, без всякого продолжения, ты будешь только мечтать…

И Юлий мечтал… Так мечтал, что просыпался иной раз в мокрых трусах. До смерти боясь свою Розалию, настоящий оргазм, так чтоб без оглядки, не сдерживаясь и ни о чем не думая, Хорьков испытывал теперь только во сне, потому что во сне человек над собой не властен. Юлию снились женщины. Модели. Или почти модели. Главное, безотказные. Он сладко думал о том, как, получив наследство, уйдет с ненавистной работы. Он ходил туда лишь затем, чтобы передохнуть от общества Розалии.

Дачу он будет сдавать или жить там круглый год, а московскую квартиру сдавать. Дача хорошая, со всеми удобствами, в ближайшем Подмосковье. Денег на счетах полно, есть довольно прибыльный бизнес. И наступит жизнь, полная приятностей. Брюнеток и блондинок.

В своих мечтах Юлий лихо крутил один курортный роман за другим. Ульяну он тоже оценил с первого взгляда. То, что надо! И когда она сама к нему подошла на почти безлюдном пляже, уж было подумал, что…

Разумеется, ей он этого не сказал.

Много чего не сказал. Буквально: в двух словах. Но нужное слово вылетело: я согласен…

Пять метров в секунду

– Как выяснилось, у нас много общего, – сказала Ульяна, подписывая счет за коктейли. – Вы тоже не собственник, просто прописаны в квартире. Боитесь при разводе остаться ни с чем. Что ж… Идемте.

– Да-да, пора, – сказал Юлий, поспешно засовывая в рот жевательную резинку. – Не дай бог, жена почувствует запах спиртного!

– На вашем месте я бы сделала в доме тщательный обыск, – с иронией сказала Ульяна, поднимаясь со стула.

 – Сдается мне, в укромном месте у Розалии Карловны припрятана бутылочка хорошего коньяка.

– Она же на таблетках! – всплеснул руками Юлий.

– Надо еще проверить, что это за таблетки…

Они направились к главному корпусу, стараясь держаться в тени.

– Она не может заснуть без снотворного. Какой уж тут коньяк!

– Значит, ваша жена принимает снотворное? – задумалась Ульяна.

– Да.

Они подошли к лифту.

– Рецепт есть? – деловито спросила Ульяна, нажимая на кнопку.

– А как же! Ведь это серьезное лекарство!

– Насколько серьезное?

– При желании им можно отравиться.

– Вы хотите сказать, покончить жизнь самоубийством?

– А что, это можно устроить? – жадно спросил Юлий, заходя в лифт.

«Еще неизвестно, кто из нас больше жаждет свободы», – мысленно усмехнулась Ульяна, а вслух сказала:

– Увы. Нужна предсмертная записка.