Видящий Победу

Подняв голову, Ники свел брови, имитируя сосредоточенность, и взглянул на будто бы доброжелательную женщину в ярко-красном костюме. Краешком сознания мальчик отметил, что стоило вслушаться в мягкий, шелковистый голос, который льется словно песня, и становится не важно, что именно она говорит. Откуда-то изнутри всплывает необъяснимое желание слушать её вечно. Его ненависть меняет полярность, становясь любовью.

Никанор замер, окутанный нежностью к этой самой красивой женщине во всей вселенной. С дружелюбными ярко-голубыми глазами, аккуратным носиком, задорно, как у девчонки, вздёрнутым кверху, и красивыми, словно абрикосовое море, волосами.

«Как вы меня газдгажаете» – вдруг резко прозвучал в его голове знакомый картавый голос прошлого главного учителя и внезапно всё вокруг сделалось ярче, четче, насыщеннее, словно с глаз пала пелена.

Улыбка женщины оказалась хищным оскалом, глаза слишком неправдоподобного, неестественного цвета, как низкосортная компьютерная графика, а волосы не имеют ничего общего с тёплым оттенком спелых абрикос, а выглядят словно пакля или как выжженная палящим солнцем трава в пустыне.

Ники нервно сглотнул и робко оглянулся по сторонам, разглядывая лица детей, стоящих рядом. Несмотря на страшные, чудовищные новости об убийстве Рины, девятилетней милой девочки, школьники как-то рассеянно, блаженно улыбались, зачарованно глядя на сцену. Мало того, что все, от мала до велика, одобрительно кивали, так ещё и чуть ли не каждую минуту из разных мест толпы раздавалось «Ура!».

Великаны всё же отвели взгляд от Никанора, когда тот выпучил глаза и по-дурацки растянул рот в глуповатой улыбке, стараясь повторить мимику остальных. Боковым зрением наблюдая за огромными мужчинами, мальчик продолжил делать небольшие шаги назад. Не имея возможности поворачивать голову и стараясь успеть до завершения собрания оказаться рядом с дверью, он один раз всей ступнёй встал на ногу высокого рыжего мальчишки. Тот вскрикнул от неожиданности, но в это же время половина зала хлопала в ладоши, поэтому неловкая ситуация осталась незамеченной.

Ники вернулся к прежней тактике скольжения, предварительно отводя ногу и прощупывая место, куда придётся ступить. Это было медленнее, но безопаснее.

– Кроме этого, – продолжала женщина приветственную речь, одинаково слышимую в любой части арены, – мы вам полностью доверяем, а поэтому, – она обвела взглядом детей, – вы сами сможете открывать любые двери и свободно перемещаться по школе и в парке.