Ведьмина лавка

Маг считается гарантом безопасности женщины, открывшей лавку, а также обязан содействовать ее закреплению в городе ради здоровья и блага жителей королевства Терри. За нарушение клятвы маг карается иссушением рук.

Ведьма, капнувшая кровь на сей документ, вправе выбрать мага по своему усмотрению. Ей достаточно дать документ магу в руки и произнести его имя, чтобы то отпечаталось в договоре.

Клятва действует ровно год.

Заверил первый маг Терри, Его Высочество принц Эдвард».

– Джонатан Борк, – произнес голосок, а Джо почувствовал запах дыма и тут же увидел, как на бумаге появляется его имя.

– …! – сказал он и бросил бумажку, хотя, конечно, было поздно. Он-то знал, что колдовство сработало. – Ты что сделала?!

Джо смотрел то на девушку, то на бумажку в грязи и никак не мог поверить, что попался. Не ожидал, потому и взял голыми руками эту пакость.

Поганый день! Как начался, так и закончился. Мало было работы, теперь на хранителе южного захолустья ко всему прочему висит клятва. Видел он как-то такую бумагу на столе градоначальника, но вовремя сжег ее.

А теперь сам попался.

– Это не я, – испуганно проговорила девушка. – Это король. В каждом городе есть такие бумаги. В столице их вешали даже на столбы.

– Серьезно? – поразился Джо и невесело засмеялся.

Какой же он дурак. Хватать бумагу от незнакомки голыми руками!

Слышал же о королевском указе. Якобы установлено, что люди меньше болеют, если в их городе живет ведьма. Вот король и издал это непонятно что, обязывающее магов помогать.

Мол, королевство слишком часто воевало, чтобы похвастаться и урожаями, и благополучием обычных людей, поэтому поддерживаем ведьм. Не крестьян, нет, – ведьм. Правда, решил это король, а люди исполняли как придется. Те же бумаги-клятвы в городах рвали на клочки от греха подальше. Потому что все знали: добрых ведьм не бывает. Лет пятьдесят назад маги истребляли их как нечисть и, вот, пожалуйста.

– Я хотела бы открыть лавку в вашем городе. Я не доставлю неудобств, – заверила девчушка.

Джо еще раз осмотрел ее с ног до головы. Болезненная, грязная, и в руках какой-то худой залатанный мешок. Конечно, никаких неудобств.

– Лет тебе сколько?

«Только бы восемнадцать, только бы восемнадцать, – взмолился Джон. – Не хватало еще с детьми нянчиться».

– Двадцать пять, – гордо ответил голосок.

Джо страдальчески вздохнул и поднес фонарь чуть ближе к лицу девушки.

«Хоть бы врать научилась».

– А мне двадцать четыре, – зло ухмыльнулся он.