Другая история принцессы

Но без танцев, дружеского хохота и льющейся рекой выпивки все казалось пресным. Он все время вспоминал, что в этом же зале они недавно провожали друзей дорогой душ. Дракон забрал трех лучших воинов.

Вот если бы он мог пойти в круг…

Ярвин посмотрел на бледную Эйслинг. Еще вчера, когда он ее увидел здесь же, посреди огромного и полутемного зала, ему показалось, в принцессе что-то есть. Она ощущалась сильной и хрупкой одновременно, даже была по-своему интересной, когда ярган ее увидел. А сейчас рядом сидела пустая серая оболочка.

Ярвин подлил меда в их кубки.

Им надо быстрее привыкнуть друг к другу. Вместе жить и думать о наследнике. В Ресляндии только так отстаивались права – с помощью детей.

Нужен ребенок королевских кровей – это шепнули Ярвину при дворе короля Дайры. Он провел там не больше дня, но многое узнал. О том, что браслет подтверждает законность брака и зачатых наследников. И что он меняет цвет, а это важно.

Там же ему объяснили: если Ярвин хочет себе земли, то должен поторопиться.

Ярвин в один глоток допил мед и вздохнул.

Про себя он давно решил, что брак нужно скрепить сразу. Иначе Дайра подумает, что его дочь мертва, если не увидит вспышку в своих камнях, и все – ни земли, ни жизни.

В кругу танцующих засвистели. Мужчины отбежали, чтобы дать место Тире.

Да, такую красотку любой увидит издали. Недоумок Ирви ущипнул девушку за попу, но тут же получил оплеуху.

Тира взмахнула белыми руками, переступила ножками в тесных штанах и высоко прыгнула. Ее золотые косы взметнулись и оплели стройное тело словно змеи. Глаза Тиры блестели, на щеках горел румянец. Не девушка, а сама жизнь.

Ярвин против воли сравнил ее с Эйслинг. Серость лица принцессы пугала. Даже мед не разогнал ее кровь, хотя кубок опустел. Ярвин подлил еще. Он надеялся, что выпивка хоть немного развеселит принцессу.

Эйслинг взяла бокал, не отводя глаз от плясок, и тут же опустошила. Ее, похоже, убивала мысль, что она стала женой яргана, а не принца или рыцаря. Их же она ждала.

Ярвин со стуком поставил кубок на стол. Ладно, он не рыцарь, но почему Эйслинг ни разу не поблагодарила за спасение?

Внутренний голос нашептывал: принцесса просто обезумела от жизни с драконом. Но она же говорила осознанно. Сложно поверить, что девушка не в себе.