Любовь одна

 – Мы два года как не общаемся.

– Что-то случилось?

– Ей мама запрещает.

– Так бывает? – растерялась Роза.

Игорь принялся объяснять, что дочери ближе к матери, поэтому и слушаются их во всем. Он говорил без особых эмоций, словно эта откровенность не причиняла ему боли. Но Роза догадывалась, что это не так. Усталость, которой он был пропитан, имела моральный подтекст. Так выглядят люди после череды разочарований. И дело не только в отсутствии общения с ребенком.

– Сколько ты работаешь в инкассации? – спросила она, решив поменять тему.

– Лет пятнадцать уже. Я старый, – спокойно и просто ответил он.

Роза знала, что эти слова не попытка заполучить комплимент. Игорь говорил то, что думал. Уравновешенный, серьезный, он не будет поддерживать шутливо-кокетливый диалог. Да надо ли?

Сейчас об этом широкоплечем невысоком инкассаторе коллеги отзывались, как о давно разведенном мужчине с довольно скверным характером. Но много лет назад она знала его, как самого порядочного парня из всех, с кем её сталкивала жизнь.

Розе едва исполнилось восемнадцать, когда на лето она устроилась кассиром в небольшую социальную организацию. Тогда она еще не была знакома с будущим мужем, а Игорь в то время был женатым тридцатилетним мужчиной. Он часто приезжал за выручкой. Сначала они просто общались, потом принялись обмениваться заинтересованными взглядами, нежными рукопожатиями. Однажды Роза сделала то, что никогда бы не совершила взрослая умная женщина, она призналась Игорю в любви.

– Мне кажется, я люблю тебя, – сказала она и положила ладонь на его руку, лежащую на столе.

Ответом Игоря стал долгий нежный поцелуй. Этому способствовали все условия. Дверь кассовой кабины, где они находились, была заперта на железный засов, а на окно для работы с клиентами опущены жалюзи.

После этого спонтанного поцелуя за выручкой в их организацию стали приезжать другие инкассаторы. Сначала Роза терпеливо ждала Игоря, а потом догадалась, наверняка он попросил перевести его на другой маршрут.

Спустя годы, когда Роза стала работать в банковской сфере, ей случалось наблюдать за ним издалека. Она не стремилась приблизиться, завести разговор, а, наоборот, старалась не попадаться ему на глаза, потому что знала, какими будут его вопросы.

Игорь задал их шесть месяцев назад, а ей невозможно было увильнуть.