Надо что-то делать!

А желто-голубые флаги были натыканы везде, военным запрещали их снимать, но Глеб не подчинялся, срывал и сжигал, отборно матерясь.

Молодчики из мирных, показывая свой гонор, кричали:

– Оккупанты, валите вон!

Военные с такими не церемонились: догоняли, связывали и отвозили в разведотдел на беседу.

В одном населенном пункте такие «идейные» хотели сорвать выдачу гуманитарной помощи. Они скандировали лозунги, пытались устроить провокацию. Глеб выпустил в их сторону светошумовую гранату, и эти, как он их называл, люди с мёртвой душой и мертвым разумом, разбежались врассыпную.

Что касается офицеров, на войне сразу бросалось в глаза, кто штабной, а кто не любитель теплых кабинетов. Вторые общались запросто, Глеб их уважал. Первые могли уехать, бросив подчиненных при малейшей опасности.

Так вышло с полковником П. У них была задача проводить колонну по опасному участку. Полковник П ехал на пикапе впереди, он один знал дорогу. Когда они прибыли на место, спустя несколько минут начался обстрел.

По возвращении Глеб хотел найти полковника и высказать, что накипело, но тот «слинял» в центральный штаб.

Что такое война с точки зрения бытовых условий? Это невозможность принимать душ неделями, это умываться влажными салфетками, это радоваться любой пищи, которую удаётся обнаружить. Например, консервацию в подвале разрушенного частного дома или рассаду зелёного лука в одном из цехов ГЭС. Война – это чуткий сон на досках, куче тряпья из диванных подушек, обшивки стульев и прочего барахла.

Радость на войне – это когда дают задание сопроводить раненых на территорию России. И вот после пересечения границы в магазине ты набираешь четыре тележки еды, снимаешь номер в простенькой гостинице (потому что именно там условия лучше, чем в казарме). Например, можно быстро постирать вещи и высушить в сушилке. А ещё надо успеть поспать, потому что утро наступит быстро и настанет пора возвращаться назад.

А еще война – это ненависть, гнев и раненая психика. Раньше Глеб считал, чью-то метеозависимость блажью, но после контузии он в полной мере ощутил на себе гипертонию, головные боли, отсутствие сна, панические атаки.

Во время очередной магнитной бури у него было предынсультное состояние. Его эвакуировали на третью линию. Там он узнал о смерти близких друзей. У него поднялось давление, возобновились судороги. Были моменты, когда он выпадал из реальности.